A+ A A-

Общественно-политическая ситуация в Грузии

Автор 

Елене Хоштария 


Спасибо большое. Во-первых, я хочу поблагодарить организаторов, я так сказать, я новичок в этом процессе, для меня это первая возможность, во-первых пообщаться, чисто по-человечески, узнать наших сограждан из Осетии, поговорить, почувствовать, провести с вами время. А, во-вторых, поучаствовать, обменяться мнениями в этом формате. Я думаю формат как раз тот, который позволяет, как организаторы уже сказали, не просто посмотреть друг на друга, но найти точки соприкосновения, более креативно, чем возможно политики или в более формализованных форматах, найти определенные решения, более креативные подходы. Поэтому когда я сюда ехала, я думала, что в принципе ситуация определяется не нами. Ситуация определяется в Кремле, там - в Тбилиси, в Европе, в Брюсселе. Я вот думала, что может изменить или что могу я сказать и что могут вообще менять такие встречи.

И когда я вспомнила мою такую же встречу с абхазами месяц тому назад, я поняла, что это действительно очень важно, потому что как раз тогда, месяц тому назад в Брюсселе обсуждали те развития, которые мы сейчас наблюдаем, договор, тогда я почувствовала насколько действительно серьёзны те опасения, страхи, которые присутствуют у абхазцев самих. Это уже не просто традиционные страхи - возобновление военных действий с Грузией или какие-то там политические инсинуации по поводу всяких там подписаний или не подписания соглашения, это просто экзистенциальная опасность, перед которой они стоят, перед подписанием этого договора. Поэтому я думаю для того, чтобы мы действительно нашли решения не только политического процесса, а вот именно людей, которые участвуют в общественной жизни наших обществ, они действительно могут повлиять на процесс. И я думаю в сложившейся ситуации, которую я постараюсь охарактеризовать, я думаю еще более важным становятся такие разговоры. Потому что традиционные подходы, которые существовали, традиционные позиции, они в какой-то степени становятся тупиковыми и  необходимо находить новые подходы. Эта ситуация, если сказать так в общих чертах, это, с одной стороны, необратимый процесс расширения Евросоюза и НАТО в этом регионе, расширения тех благ, которые… В первую очередь, мы должны сконцентрироваться что конкретно это нам дает, а не просто какие-то стереотипные подходы - что расширяется НАТО - будет больше баз, расширяется Евросоюз - он наш враг. Мы должны действительно посмотреть, что из себя этот процесс представляет, что мы можем из этого взять, что для нас выгодно. А с другой стороны, факт, что и Россия перешла на решающий этап агрессивности с точки зрения восстановления своего влияния, эксклюзивного влияния в нашем регионе. То есть мы сейчас не  просто в какой-то стабильной ситуации - статус-кво не сохраняется, статус-кво меняется. В такой ситуации, конечно, такого рода встречи еще более важны.  Для меня вот сегодняшняя дискуссия была очень интересной и я благодарю докладчика и всех дискуссантов. И с той встречи с абхазами у меня сложились два мнения по поводу самого процесса. В первую очередь, несмотря на то,что, конечно, мы представляем все здесь формально только себя, а никакие организации, конечно, мы все страдаем от определенных клише, от определенных позиций, которые мы здесь представляем. Конечно, я буду рассказывать как хорошо в Грузии, конечно, вы будете рассказывать как хорошо развиваетесь вы и как хорошо воссоединиться с Россией, т.е. несмотря на то, что мы тут разговариваем неформально, эти клише достаточно глубокие, потому что они прошли через войны, через конфликты, они проходят через десятилетние процессы переговоров, всяких форматов и эти клише присутствуют. Я не уверена, что ни я, ни кто-либо из нас сможет разрушить или выйти за эти клише полностью, но я думаю, что в этот критический момент очень важно постараться и как­-то расширить диапазон нашего разговора, а не просто повторять те позиции, которые у нас, у этих сторон формально складывались в течение этих двадцати лет в процессе конфликта.

 

Во-вторых, часто когда мы разговариваем и сегодня я это почувствовала, мы воспринимаем себя объектами политики России или Запада. Просто вот Россия решила так, Россия собирается сделать так и мы просто должны ориентироваться и что сейчас нам делать, как это на нас повлияет. А сегодня, и особенно сегодня, когда, как я отметила, меняется статус-кво, мы не объекты политики ни Запада и ни России. Мы участники этого процесса и именно наши действия и наши подходы могут изменить этот процесс. Конечно, ситуация такова, что мы сидели разговаривали в Брюсселе с абхазами или сидели обсуждали абхазы, уже как минимум с мая, опасность со стороны России, но процесс идет - и Хаджинба стал президентом, и договор сейчас скорее всего подпишут. Конечно, Россия доминирует в этом процессе, конечно, Россия играет решающую роль и у нее достаточно опасные планы, но мы не объекты российской политики. Мы люди полны достоинства, нашей истории, наших интересов, самое главное, и мы не должны просто сидеть и обсуждать, что сейчас колючие проволоки, сейчас уже сетки, а не просто проволоки. А каких колючих проволоках мы говорим в 21-ом веке, когда весь мир рассматривает планы поездки на Марс в 2026 году или в мировых университетах развивается система образования, технологии развиваются, люди упраздняют границы, общаются, меняются культурами и это все присутствует рядом с нами. А мы вот сидим, потому что Россия решила сейчас тут провести колючую проволоку и обсуждаем, что она уже на колючая, а это будет сетка. Поэтому я думаю мы должны выйти из этой дискуссии и действительно задуматься – в конечном итоге колючая проволока кому больше вредна. Кому? В конечном итоге она вредна для тех молодых людей, которые из-за нее не смогут поехать и воспользоваться теми визами, которые Грузия очень скоро может предложить этим молодым людям, чтобы они получили то же образование и приобщились к тем благам, которые Грузия может предложить.

 

Я, конечно, не заблуждаюсь, что это все очень просто. Конечно, есть барьеры, есть дефицит доверия между нами, но я думаю, что ракурс нашего разговора должен ориентироваться не на то, что нам Россия предлагает, а на то, что нам выгодно и как найти эти пути таких решений.

 

Какая картина сегодня у нас в Грузии? Она определяется тремя основными факторами. Первый фактор, и я думаю это важно подчеркнуть, особенно после выборов 2012 года, стало ясно, что демократическая трансформация Грузии - это необратимый процесс. И я говорю как человек, который достаточно часто и очень громко критикует правительство в Тбилиси, критикует по очень многим вопросам - и по внешней политике и по внутренней, и по демократическим процессам. Но в целом, то что в Грузии сменилась власть, те вектора развития, которые мы видим сегодня в Грузии - демократическое устройство жизни - это тот выбор, который стал уже в Грузии необратим.

 

Во-первых, в парламенте идет очень бурная демократическая жизнь, когда мы впервые в ситуации, когда после смены власти не исчезла оппозиция. Да, трения очень серьезные между оппозицией и правительством, но этот процесс не выходит за демократические рамки и мы все научились и учимся как цивилизованно вести даже очень острые споры, а не просто стрелять друг в дуга, как мы, к сожалению, делали и между собой внутри и с вами в начале 90-ых годов. И несмотря на действительно очень серьёзную проблему между оппозицией и правительством это все развивается в политическом, демократическом русле. Мы работаем вместе – оппозиция с правительством работает над изменением конституции, над отдельными законопроектами, которые укрепляют, усиливают наши демократические институты, и между правительством и оппозицией происходят споры - кто более демократичен в процессе.  Нет ни одной политической силы, которая ставила бы под вопрос вот именно демократическое развитие Грузии. Этот выбор уже сделан и это необратимый процесс. Более того, в новом правительстве, я с этим сама не согласна, но есть важный уклон к социальным реформам. Это более левое правительство, которое внесло всеобщее здравоохранение, поддерживает сельское хозяйство, т.е. появились  определенные политические ориентиры политических сил. Более левое правительство, социально ориентированное правительство, которое мы сейчас наблюдаем и более правого уклона правительство, которое было и оппозиция, которая остается в спектре политической жизни.

Очень бурно развиваются СМИ и вообще политический дискурс и дебаты становятся неотъемлемой частью политических решений. Сегодня ни один политик или должностное лицо не может не считаться с мнением влиятельных общественных организаций и СМИ. Каждый вечер практически все, я бы даже сказала это уже перебор, смотрят и социальные сети и СМИ. Это то, чем мы все занимаемся – все садятся, рассуждают, смотрят и так принимают решения. Был очень интересный процесс, например, принятие антидискриминационного закона, т.е. закона, который защищает права меньшинств. И это был достаточно сложный процесс, когда церковь выступила против. Причем церковь, которая пользуется огромной, колоссальной поддержкой в обществе, выступила против достаточно агрессивно. Все сомневались, что правительство сможет пройти через этот достаточно болезненный процесс. В итоге председатель парламента выступил и сказал, что это принципиальный вопрос, который касается демократического развития станы, это касается ценностей и этот закон был принят. И ничего не произошло, т.е. мы все с таким опасением наблюдали вот эти трения между оппозицией и правительством, трения между церковью и какими–то группами интересов, но в итоге, если оценить этот процесс, это здоровый политический, демократический процесс, который в Грузии стал необратим. Второй фактор, который определяет нашу общественную жизнь – это Евроатлантическая интеграция. Это вступление Грузии в Евросоюз и в НАТО, и самое главное - этот процесс тоже уже стал не просто нытьем, что «когда нас примут в этот рай», а мы сами научились как получить те блага - и в плане демократии, и в плане экономики, и в разных отношениях, в самом процессе. Как менять нашу страну в процессе Евроатлантической интеграции и подписания ассоциированного соглашения, конечно, в этом плане решающий момент, когда без полного институционального членства в этой организации мы уже пользуемся теми самыми важными благами, которые нам предлагает Евросоюз. В первую очередь, это, конечно рынок, который для нас открыт и это огромные возможности не просто для отдельных бизнесов, но и вообще для инвестиций в стране, которые очень важны для экономического развития. Это огромный стимул, который потихонечку будет еще нарастать и который практически  качественно меняет перспективы развития Грузии. И в плане образования - это долгосрочные возможности, которые поменяют как раз ментальность, ту советскую ментальность, которая нас всех до сих пор преследует. Поменяет правила игры, экономической игры – мы привыкли  что наши бизнесмены должны всегда бояться, что вот они сегодня продают зелень на московском рынке, но что-то Путину не понравится, им надо перестраиваться и рынок закрывается без всяких справедливых правил. А эта система экономических, социальных отношений, которые качественно новые и в которые Грузия сегодня уже вступила. Это открытие границ. Открытие границ, которое уже практически планируется – максимум полтора-два года, это самый максимум (самые реалистические оценки - это уже с 2015 года). Я думаю сам Евросоюз понимает насколько это будет важным фактором для тех же оккупированных территорий и для грузинского населения, какие это возможности открывает. И открытие границ - это как раз тот аспект, о котором мы можем говорить, чтобы смотрели не на колючую проволоку или не через колючую проволоку, а тоже воспользовались этими благами и смогли ездить без виз в европейские государства.

 

Интеграция в НАТО, я не боюсь этого вопроса, я искренне понимаю опасения или вопросы, которые могу возникнуть по поводу интеграции Грузии в НАТО. Я понимаю масштабы пропаганды, которая ведется не только в Осетии или в Абхазии, а вообще на постсоветском пространстве и в России по поводу НАТО. Но это тот вопрос, который тоже надо обсудить. Я вкратце могу просто сказать – посмотрите на те страны, на стабильность и развитие тех стран, которые уже вступили в НАТО, даже постсоветские страны. И посмотрите на страны и регионы, которые туда не вступили, и сравните просто степень безопасности и развития этих стран. Это очень такой, очень краткий вопрос, но мы можем обсудить, что из себя это представляет и как это повлияет на всех нас и на весь регион.

 

И третий фактор – это, конечно, российский фактор. Это тот агрессивный путь, который Россия выбрала в регионе. Это, конечно, война в Крыму, аннексия Крыма, война в восточной Украине. Вот сейчас звучат достаточно серьезные угрозы в отношении Молдовы, договор переслали в Абхазию. Мы естественно понимаем, что это геополитический процесс - попытки России восстановить эксклюзивное влияние. И в отношении Осетии, я тоже читала, почему параллельно в Южную Осетию и в Абхазию не поступили договоры. Я думаю вопрос очень прост – Маркедонов может быть лучше это сформулировал и сказал, что «с Абхазией нам надо поиграть в государственность, а с Осетией все решено», т.е совершенно откровенное, неуважительное отношение к тем людям, которые проживают и в Абхазии, и в Южной Осетии. И вывод, который мы можем сделать, который давно надо было сделать, - для России мы все, не в отдельности Грузия, Молдова или Украина, или Осетия, мы все - инструменты в их геополитических играх. В какой-то момент, возможно, вы были вынуждены или у вас не было другого выбора из-за тех ошибок, которые грузинские сторона допустила, из-за тех ошибок, которые мы все вместе допустили, эти интересы возможно совпали, но факт, что для России все эти субъекты - это инструмент для их геополитических игр и никакого учета интересов этих объектов, конечно, у них нет. Но, с другой стороны, - это геополитическое изменение и активизация России, она открывает возможность. Возможность в том смысле, что Евросоюз впервые после распада Советского Союза, и НАТО в том числе, задумались серьезно об изменении, пересмотре своей политики в отношении России. Потому что практически после распада Советского Союза никто Россию угрозой для Европейской безопасности не воспринимал. И если мы посмотрим на последние саммиты, которые проходили и в НАТО, и в Евросоюзе, все сегодня согласны, что, к сожалению, Россия не перестроилась после Советского Союза и она не представляет часть цивилизованных международных отношений, а во-вторых, надо разрабатывать проактивную политику в отношении России. Мы не должны, международное сообщество не должно просто реагировать на те кризисы, которые создаются Россией. Международное сообщество должно иметь политику, в том числе политику в отношении тех конфликтов, которые Россия создавала в этом регионе для  своих геополитических целей. И это стратегическое изменение, которое открывает для нас очень много возможностей. Я понимаю, что просто сесть и “давайте жить дружно” - так у нас не получится, но задуматься, например, избавиться от полной доминации, военной доминации России, например в Абхазии, в Осетии. Это вопрос, над которым сегодня реально можно работать и реально внести определенное присутствие Евросоюза и в Осетии, и в Абхазии в какой-то форме. Об этом можно думать. Возможно, это будет EUMM или будет другое. И для вас закончить полную доминацию России и диверсифицировать международное присутствие - это вопрос, в котором, я думаю, можно найти общий язык.     

 

Прочитано 6111 раз
Елене Хоштария

Со-учредитель неправительственной организации "Партнеры Реформ Грузии" (GRASS)
Бывший заместитель министра иностранных дел Грузии

Мультимедиа


Copyright 2012. Все права защищены, при копировании материалов с сайта ссылка на первоисточник обязательна.

Вход или Регистрация

Вход

Регистрация

Регистрация нового пользователя
или Отмена