A+ A A-

Перспективы грузино-осетинских отношений на фоне нынешних политических реалий

Маргарита Ахвледиани

Как много меняется, когда два слова переставляешь местами, правда? Перспективы осетино-грузинских отношений - эта одна тема, перспективы грузино-осетинских отношений - другая тема.

Вчера Гия подробно все рассказал о политических переменах в стране за последние 2 года в стране, и я просто коротко напомню еще раз. Парламентские выборы в октябре 2012 года были в Грузии, сменилась власть в Грузии на большинстве уровней. Поражение потерпела партия, возглавляемая Михаилом Саакашвили, которая достаточно долгое время была у кормила страны – «Единое национальное движение», и они уступили власть коалиции «Грузинская мечта» во главе с Бидзиной Иванишвили и перешла в оппозицию в виде парламентского меньшинства, и вообще в оппозицию. В итоге к власти в стране пришло и с тех пор у власти находится новое правительство, сформированное коалицией, и тем не менее «Национальное движение» по-прежнему пользуется поддержкой в стране – меньшинства населения в стране, но тем не менее в определенной части населения поддержка по-прежнему есть. Это очень коротко, просто напомнить контекст.

Когда произошли такие серьёзные перемены в политической сфере, они происходили в революционном, во всяком случае внешне, формате, то естественно изменения коснулись всех сфер и, в первую очередь, с моей точки зрения, изменения пришли в сферу, связанную с конфликтами.

Я набросала такой коротенький список, это достаточно сейчас будет субъективно в отличии от Косты, от Гии, от Дины, я не эксперт, я журналист, поэтому в большой степени то, что я сейчас буду суммировать и говорить будет носить характер не экспертного исследования, а суммирования того, что я слышу и вижу работая в регионе.

И так, что изменилось в отношении, в стратегии, в тактике нового грузинского правительства после перемен 2012 года. У меня такой список:

1. Резко уменьшились инциденты, когда похищали или убивали в приграничной зоне и не только в приграничной зоне, т.е. количество таких инцидентов сведено к минимуму, как и в приграничной зоне с Абхазией.

2. Риторика новых властей изменилась и она свидетельствует о полном отказе применения силы в решении конфликта.

3. Стремления демонстрируются наглядно, перестали подчеркивать негативную роль российского фактора в конфликте.

4. Значительно активизировались  попытки наладить прямой диалог с той стороной (я имею ввиду и Абхазию, и Южную Осетию).

5. Поднят вопрос о том, чтобы признать ЮО и Абхазию сторонами конфликта. Он не поднят официально, он стоит, и активно обсуждается, в том числе с правительственной стороны.

6. Новые власти декларативно ставят акцент на человека, а не на территории.

7. Декларация звучит часто от государственных структур о том, что конкретные нужды простых людей по обе стороны линии разделения нужно решать до урегулирования конфликта одним или другим способом.

Я сейчас называю то, что изменилось достаточно заметно и иногда кардинально в сравнении со стратегией и тактикой предыдущего правительства Грузии.

Теперь я хочу попробовать предложить вам как видны какие-то реальные шаги, которые сделаны правительством Грузии, и какие изменения происходят в сфере общественной – и в медиа, и в неправительственных организациях, видение в отношении конфликтов.

На государственном уровне – старая стратегия раскритикована была не раз и очень серьезно, однако новой стратегии пока что нет. Нету ни декларированной стратегии, документа, и нету также и видения, в общем–то официально представленного ни министром, ни структурами министерства.

В отсутствие такого документа мне сложно опираться и что-нибудь цитировать, поэтому я буду просто суммировать подходы нового правительства, как они видны сегодня со стороны:

1) Один из основных подходов - это любые варианты урегулирования конфликтов в Южной Осетии и Абхазии, какие бы они не рассматривались, грузинским правительством рассматриваются, по-прежнему видятся в рамках территориальной целостности страны, т.е. этот основополагающий пункт не претерпел никаких изменений.

2) Затем важный элемент государственной политики, как он виден сейчас - российское военное присутствие в Абхазии и Южной Осетии - один из самых угрожающих факторов для мирных перспектив урегулирования и вообще для перспектив урегулирования конфликта.

3) То, что необходимо вырабатывать программы для того, чтобы повышать уровень безопасности людей по обе стороны линии разделения и повышать их условия жизни.

В частности, по первому аспекту – усиление безопасности – парламент в марте 2013 года утвердил в одностороннем порядке решение о неприменении силы, т.е. Грузия взяла на себя обязательство в одностороннем порядке о неприменении силы при решении конфликтов в Абхазии и Южной Осетии.

По второму аспекту – улучшение качества жизни - это предложение населению ЮО и Абхазии всего спектра  услуг (медицинских, образовательных и всех других) в Грузии и даже предложение на гораздо более льготных условиях, чем для других граждан Грузии.

4) Следующий шаг, который звучит….ну, я говорю, нет стратегии официальной, поэтому звучит в интервью, комментариях Министра или сотрудников министерства. Стратегия примирения с осетинами и абхазами в целом как она видится: первый шаг - восстановление взаимного доверия путем диалога, следующий шаг – начало сотрудничества в различных проектах, третий, четвертый – вопросы статуса и любых других политических вопросов.

5) Затем закон об оккупированных территориях, который получил столько горячих разговоров вокруг него, он пересматривается, во всяком случае об этом говорится, что он пересматривается по рекомендациям Венецианской комиссии. И пересмотр принципа, который предложен Венецианской комиссией, предлагает, что этот закон должен быть направлен против оккупации, а не против населения, живущего на этих территориях, потому что, к сожалению, эти два момента путались в текущем законе.

6) Наконец правительство очень активно, открыто и горячо поддерживает идею существования площадок гражданского диалога, чего не наблюдалось до сих пор, скорее наоборот. И это рассматривается как возможность создания базы достоверной информации с двух сторон, которая, в свою очередь, затем может быть перенесена на другой уровень и стать основой для создания совместных комиссий по различным аспектам. Я имею ввиду правительственные комиссии, которые будут что-либо решать уже на практическом уровне, не на уровне рекомендаций.

Что я должна обязательно отметить, это насколько это видно мне со стороны медиа, сегодня эти идеи, все что я перечислила, эти изменения в большой степени достаточно одиноки в правительстве Грузии и в большой степени они лоббируются и поддерживаются только министерством Пааты. Как бы сегодня эти идеи, инициативы и подходы в большой степени разделяются только самим этим министерством и даже не целиком этим министерством. А целиком в правительстве Грузии достаточно одиноко чувствуют себя эти идеи. Декларированного противодействия им не было, но насколько я знаю и могу видеть внутри с большим восторгом они не встречаются правительством Грузии.

В целом, политических пертрубаций в стране, которые как начались в 2012, так никак не остановятся и постоянно какие-то политические скандалы один за другим, интерес очень низкий вообще сегодня у правительства к этой теме. Я пока говорю только про государственную часть. Чтобы кто-либо из правительства регулярно уделял хотя бы пятую часть того внимания конфликтам, которое уделяется борьбе партий или подписанию соглашений или чему-то другому. Нет, очень мало внимания. Фактически только структура министерство, отвечающая за эту тему, регулярно (и не очень регулярно, к сожалению) привлекает внимание к этой теме.

Важен такой процесс, который происходит буквально вот сейчас - не просто с 2012 года, а это совсем новое направление. Это желание внести новые инициативы, сделать новые шаги, внести новое отношение к конфликтам, однако постепенно к этим намерениям начинает примешиваться чувства раздражения и разочарования, которое иногда бывает слышно на формальном или неформальном уровне от сотрудников и министерства и вообще официальных структур, которые касаются этого сектора. 

Оно связано с тем, что множественные явные сигналы или даже шаги, которые были сделаны грузинским правительством, и предложения, они не только не встретили поддержки в Южной Осетии и Абхазии, они не только были проигнорированы, но даже произошло хуже. Когда на грузинской стороне происходят те изменения, которые я перечислила, в частности, с осетинской стороны идет ухудшение риторики и ряд агрессивных действий.

В Тбилиси довольно популярно такое объяснение, которое я часто слышу в экстерном сообществе: после прихода новой власти появились реальные основы для того, чтобы все-таки началось примирение или даже оно состоялось между осетинами и грузинами. Реально возникла возможность того, чтобы осетины и грузины могут найти общий язык, если дальше подобная политика будет продолжена и этот общий язык, который они теоритически найдут, будет не в пользу России. Вдвоем они будут сильнее, т.е. тенденции, которые наметились, ведут именно к этому.  Поэтому все эти жесткие новые шаги со стороны Цхинвали в данном случае, считается многими, про-дирижированы из Москвы и цель там не допустить примирения, не позволить улучшению, стабилизации, теплоте и возможностям действительно взять верх над конфликтом  и понимания между сторонами конфликта, не допустить примирения и понимания. И поэтому с той стороны вдруг началось ожесточение, агрессивная риторика, которая не была в самые жесткие времена Саакашвилиского периода. И в том числе победа партии «Единая Осетия», такую довольно убедительную в парламенте, тоже рассматривается в этом ключе, что это дирижирование из Москвы – подковёрные действия.

Теперь хочу сказать несколько слов по поводу того, какое отношение сегодня к грузино-югоосетинскому конфликту и абхазскому тоже, на уровне медиа и широкой публики. Прежде всего конфликты не в центре внимания общества, и мне кажется, что это опять связано с политическими волнениями на всех уровнях в стране в течение уже больше двух лет. Тем не менее периодически в центре внимания медиа оказываются какие-то аспекты, связанные с урегулированием или вообще с конфликтами, и соответственно, как только медиа публикуют какой-то материла, затем следует вспышка интереса. И можно наблюдать, как люди это обсуждают. Затем это все стихает до следующего сброса медиа. Поскольку я слежу за тем, как медиа работает в этом конфликте, читаю и слушаю и систематизирую эту информацию, то я выделила следующие линии, которые интересуют медиа.

Один из таких очень часто обсуждаемых и горячих вопросов - это признание ЮО и Абхазии сторонами конфликта – опять та же тема, о которой я говорила, которая стала обсуждаться и с подачи правительства, и активизация двустороннего диалога, то что мы сегодня говорили – не просто Женевский формат, но двусторонний диалог и деление на три, то что сегодня Дина говорила, это как раз довольно обсуждается в медиа и в обществе в Грузии. Три формата – не один, а три - Женевский формат, который больше рассматривается как грузино-российский, и появление еще двух форматов - грузино-югоосетинский и грузино-абхазский. Когда в медиа идут какие-то материалы на эту тему, то обсуждения идут по линии прежде всего: будет ли это содействовать сближению сторон и восстановлению доверия, если они будут признаны сторонами конфликта и будет создан двусторонний формат, или же в результате будет усилена российская позиция и позиция той стороны, и ослабеют грузинские позиции. Вот в основном вокруг этого идут споры, и довольно горячие, и иногда доходят до виртуальной драки. Трудно сказать, большинство ли сегодня поддерживает идею признания Абхазии и Южной Осетии сторонами конфликта или меньшинство, такого исследования никто не делал, но по моему наблюдению довольно много людей поддерживают эту идею, сегодня о том, чтобы они были признаны сторонами конфликта и чтобы двусторонний формат получил свое право, в том числе с участием международных структур, а не просто двусторонний формат.

Какие аргументы? Я выписала для себя лист аргументов, которые звучали в каких-то ток шоу или я их слушала, или читала в каких-то сюжетах. Вот, в частности, те, которые звучали в пользу поддержки этого мнения:

  • - «Не надо уходить от реальности, не надо закрывать глаза на то, что война шла не между грузинами и русскими, а она шла и идет между абхазами и грузинами».
  • - «Мы все время указываем на Россию и игнорируем абхазскую сторону, более того – мы называем их российскими марионетками. Таким образом,  мы просто оскорбляем абхазский народ, показываем им, что грузины с ними не считаются. Разве это то, что мы им хотим сообщить?».
  • - «Невозможно вернуть Абхазию (периодически и про Осетию идет речь. В данном контексте - это одно) под грузинскую юрисдикцию без определенных уступок с нашей стороны. Это надо объяснить гражданам Грузии и необходимо идти на серьезные уступки».
  • - «Необходимо наладить диалог с ними, как с равными партнерами, а не подчиненными».

Вот такие мнения регулярно можно услышать или прочитать, которые звучат в обществе Грузии или же в экспертном сообществе. Те, кто против, чтобы ЮО и Абхазия были признаны сторонами конфликта и активизировался двусторонний диалог, их основной аргумент – то, что признание сторонами конфликта будет равноценно признанию их как государственных образований. Что в моральном плане это будет одно и тоже и очень скоро это приведет и к политическому решению соответствующему, что негативно расценивают те, кто поддерживают эту точку зрения.

Вообще эта тема очень активно обсуждается в регионах, в провинциях... опять же говорю это не исследования, это наблюдение. Больше тех, кто говорят: «Нет, нельзя их привлекать в качестве стороны конфликта», и в Тбилиси больше тех, кто говорят: «Нет, их надо привлекать в качестве стороны конфликта», но сам факт такой дискуссии, которая еще несколько лет назад была бы совершенно удивительной и имела бы неприятные последствия, сейчас это просто дискуссия, разговор – иногда письменный, а иногда это в ток-шоу разговор, сам факт наличия таких дискуссией - это кардинальные изменения в обществе.

Следующий аспект, который сегодня интересует медиа, а за ней и все общество - это оценка конфликта 90-х. Не 2008 кстати, а именно 90-х. Именно об этом стали сегодня периодически вести какие-то беседы или публиковать какие-то материалы, видео или текстовые. И была, наверное, вы знаете, была и есть компания «Sorry» (Простите нас), которая объявлена и которая собирает подписи. Она по-моему до сих пор есть и получает неоднозначную оценку и это очень хорошо, потому что она получает не просто негативную оценку большинства, а именно неоднозначную и очень разную.

И так, когда поднимается в медиа вопрос оценки, то активно звучит мнение о том, что «да, мы должны дать и правовую, и моральную оценку тому, что случилось. И это возможно сделать. И возможно взять на себя моральную ответственность за ту часть преступлений или каких-то негативных поступков, которые были совершены грузинской стороной. Да, мы должны это сделать». Опять же я беру пример тех мнений, которые поддерживают эту идею. «Сегодняшние власти могу взять, они достаточно сильны, чтобы взять на себя ответственность за ошибки своих предшественников». Вот опять же одно мнение, которое суммирует аргументацию людей, которые говорят в пользу такого решения.

Не мало голосов приводят такой аргумент, что признание своих ошибок и своих преступлений будет серьёзным шагом к восстановлению доверия между сторонами. Контраргумент, у которого очень много сторонников - это что оценка нужна и должна быть проведена (в общем-то я не встречала мнения о том, что «Давайте забудем вообще все что было»), но она должна быть обоюдным шагом. Это должны делать обе стороны и делать это одновременно.

Тут иногда возникает немножко дурацкий диалог на эту тему: нельзя же одновременно по взмаху дирижера вдруг начать признавать ошибки и вину. Кто-то должен быть первым. Кто должен им быть? И разговор уходит в какие-то другие плоскости, и начинается в таких случаях взаимные обвинения – они сделали больше, мы сделали больше; кто больше сделал тот первый должен начать; а кто будет оценивать, кто сделал больше, и начинается круговорот. Но опять же дискурс идет на эту тему и мнения высказываются открыто и иногда парадоксально, поэтому мне кажется в любом случае это свидетельство серьёзных перемен в общественном сознании.

Еще один вопрос, который актуален сегодня для медиа, когда она вообще касается вопросов конфликта, когда у нее есть время оторваться от политических дебатов, это вопрос проездных документов или паспортов для абхазов и осетин. Ну соответственно с этим, уже это стало звучать не просто как «дадим им паспорта» или «не дадим им паспорта», а зачастую это стало звучать «дадим им возможность получать образование где-нибудь, кроме как в России; и лечиться где-нибудь, кроме как в России и в Грузии или не дадим такую возможность». Вот мне кажется, что поскольку я наблюдаю процесс, то что вот это продолжение линии «дадим им паспорт или не дадим» к тому, к чему это реально ведет для людей, это тоже большой прогресс в общественном сознании.

Идея признать абхазский паспорт как международный документ, осетинский, я очень редко слышу, чтобы обсуждался, обычно обсуждается абхазский паспорт, она не популярна, т.е. чтобы это был обычный «Travel Document» как любой другой паспорт, она очень непопулярна и очень от немногих можно было это услышать, ну может ни от кого даже...ну очень редко можно услышать.

Признание абхазского паспорта для внутреннего пользования как аналог документа нашего внутреннего паспорта, вот это достаточно активно поддерживается большой частью населения. Я даже сравнивала исследования, которые проводились по этому вопросу в течение 15 лет, просто наглядно можно видеть как сильно изменялось мнение по этому поводу – насколько можно использовать/признать абхазский паспорт для внутреннего пользования или нельзя. Очень многие люди во время дискуссии или разговоров на любом уровне....иногда это просто собираются люди, мы показываем кино, а потом часа три идет разговор, и поскольку фильм мы показываем из Абхазии и Южной Осетии, то на эту тему идет разговор. Очень многие считают, например, что продолжать политику изоляции (слово блокада часто используется) неправомерно, неправильно и не в грузинских интересах. Это тоже довольно новое явление — понимание того, что изолирование Абхазии или Южной Осетии приводит к их вдавливанию в Россию. Это понимание пришло совсем недавно, которое во всяком случае стало звучать достаточно недавно.

Но когда речь идет о том, каким образом прекратить, как вести де-изоляцию, абсолютное большинство людей считают, что это нейтральный паспорт, который предложила Грузия, который часто оценивается недостаточно нейтральным в Абхазии и в Южной Осетии. И тем не менее население в большой очень степени считает, что все-таки это самый хороший выход, который только возможен, самый хороший компромисс, который учитывает интересы двух сторон. 

Вот еще одна характерная цитата: «Для всех будет лучше, если они будут иметь такую же возможность путешествовать по Европе, как и граждане Грузии. Сегодня они ездят в основном в Россию, абхазская  молодежь учится в российских вузах. Мы фактически подталкиваем их к России. Хватит говорить о территориях и о независимости. Просто откроем для них мир и они ответят ответным шагом сотрудничества». Ну эта такая достаточна характерная цитата, но опять же я говорю, я привожу мнения с обоих сторон. Это не большинство, но большая часть.

Очень болезненный вопрос, почти всегда, когда речь идет о конфликте в медиа, это ВПЛ — вынужденно перемещенные лица. Этот вопрос поднимается журналистами всегда, даже если речь идет совершенно о другом, о постороннем, но связанном с конфликтом. Очень болезненный вопрос. Очень многие считают, что в повестке любых переговоров, любого формата – официального, неофициального, гражданского общества в том числе, этот вопрос должен быть на первом месте. Но тем не менее есть мнения, и количество их мне кажется увеличивается, что его стоит снять с повестки дня первой, необходимой (т.е. вот прямо сейчас), но тем не менее это самый основной вопрос, который Грузия должна решить, если она вообще будет говорить о решении конфликта. (Вопрос: Это не самый первый вопрос?)  Многие считают, что лучше его пока снять с повестки дня. Но он первый, самый главный для Грузии, если она вообще подходит к решению конфликта. Как только ситуация подходит к решению конфликта, это первый вопрос, который должен быть решен. Опять же говорю — это не исследование. Мне трудно говорить, что это большинство. Это мои такие наблюдения.

Подписание договора о неприменении силы - это тоже довольно активно обсуждается и много об этом идет споров. Я бы сказал, что буквально все поддерживают ту позицию, которая сегодня занимает новое министерство, новое правительство, что Грузия хочет подписать договор о неприменении силы с Абхазией и Южной Осетией, но это возможно сделать только после того, как будет подписан с Россией подобный договор, иначе он становится бессмысленным и ставит Грузию под слишком сильный удар. Т.е. как только с Россией такой договор будет подписан, Грузия готова подписать его с Абхазией и Южной Осетией немедленно. Ну вот эту позицию поддерживают все с кем мне приходилось общаться. Но другие голоса тоже звучат по этому поводу.

Я уже тысячу раз говорила, что я не могу сказать это большинство или меньшинство, так как это не исследование, это наблюдение от общения с людьми и от того, что я читаю.

Какие угрозы видят в Тбилиси на ближайшую перспективу? Эти все угрозы связаны с Россией. Подписание Грузией ассоциативного соглашения с Евросоюзом, — к чему это приведет? Об этом тоже периодически заходят разговоры и очень часто говорят, что Россия накажет за это и наказание придет через Южную Осетию, в первую очередь. Кроме того НАТО. Мы много об этом говорили, так что я не буду на этом акцентироваться. В общем большинство людей говорят, что да, НАТО для нас защита, меньше людей говорят, что нет, но идея о том, что если Грузия будет продолжать усилия  по вступлению в НАТО, может закончиться катастрофой для Грузии… но о них можно говорить, можно дискутировать. Хотя мало людей поддерживают эту идею.

Еще одна тема, на которую постоянно идут дебаты - это вынудит ли Россия Абхазию и Южную Осетию войти в ее состав или все-таки не будет этого делать. Чаще всего вот эта тема дискутируется. И большинство, по моему ощущению, склоняется к тому, что «нет, ни вынудит», потому что и это один из аргументов, это неразумно, поскольку гораздо удобнее держать веревку на шее Грузии незатянутой, чем эту веревку ликвидировать вообще и методов воздействия будет меньше.  

И еще три вопроса, которые очень актуальны для всех. Вот три основных:

1. Примет ли Россия Осетию и Абхазию или нет?

2. Грузины в Ахалгори: что с ними происходит и что с ними будет?

3. Бордеризация.

По бордеризации я просто хотела отметить момент, что вот этим занята медиа больше всего. Если посмотреть на то, какие темы она выделяет из всех перечисленных, то когда вообще касается медиа конфликта, то чаще всего этой самой бордеризации. Но в какой форме? Вот один из примеров - я думала даже вам видео включить, показать. Регулярно грузинская молодежь, сама или не сама, это спорно, так как иногда организованно, а иногда нет, выезжают они туда к линии разделения и там с флагами и с абсолютно неприличными лозунгами, с матом, написанным на огромных лозунгах, они там демонстрируют, что это наша земля. Медиа либо участвует в этом, либо дает репортаж о том просто, что там происходит. Просто сочувствуя либо издеваясь над этим. Очень часто издевательские комментарии тоже идут в грузинской медиа, что это безобразие то, что происходит. Но я еще не видела ни одного сюжета или программы или не читала серьезного журналистского материла на тему, что собственно говоря там происходит. Чаще всего я вижу…просто одно из последних, опять вот такая акция - «Fuck Action» ее стали называть, поскольку там сплошной мат идет на лозунгах, но с той стороны, с осетинской стороны подъезжает машина, из машины высаживаются молодые люди и девушки (человек 7 на видео видны), они снимают на айпед …я не знаю это журналисты (Реплика: Мария Котаева)…да судя по поведению это были журналисты. И что они делают? Они там пританцовывают и делают неприличные жесты. Я смотрю сюжет на осетинском телевидении онлайн и там тоже самое: «Вот пришли грузины, вот они с пальцами стояли и с лозунгом» и показывают до конца как осетины достойно ответили и все, т.е. ни на одном из каналов я еще не видела, чтобы кто-то попытался дать контекст. 

Прочитано 5147 раз Последнее изменение Пятница, 12 Декабрь 2014 06:47
Маргарита Ахвледиани


Со-учередитель "Го Груп Медиа" 

Мультимедиа


Copyright 2012. Все права защищены, при копировании материалов с сайта ссылка на первоисточник обязательна.

Вход или Регистрация

Вход

Регистрация

Регистрация нового пользователя
или Отмена