A+ A A-

Некоторые аспекты решения проблем беженцев и внутренне перемещенных лиц в свете грузино-осетинских взаимоотношений

Автор 

Мераб Чигоев

Конфликты, особенно, если они сопровождаются вооружённым противостоянием и человеческими жертвами, наносят невосполнимый материальный и моральный вред конфликтующим сторонам. Преодоление последствий конфликта требует много времени и значительных усилий, зависит от изменчивого сочетания объективных и субъективных факторов влияния.

Одним из самых труднорешаемых последствий конфликта является решение судьбы беженцев, т. е. их обустройство на новом месте или возвращение в места прежнего постоянного проживания, т. к. эта проблема затрагивает все сферы жизнедеятельности как возвращающегося, так и принимающего населения – правовой, политический, морально- этический аспекты, адаптацию в условиях возобновления совместного проживания, экономическую, в том числе материальную на бытовом уровне, сферу, вопросы землепользования, доступа к образовательным, культурным и социальным услугам и т. д.

В этом смысле не является исключением и грузино-осетинский конфликт, активная, а затем вялотекущая фазы которого длились с 1989 по 2008 годы, и у которого имеются как общие с другими конфликтами признаки, так и иные, только этому конфликту присущие особенности.

Для лучшего понимания предлагаемого в данной работе материала считаем полезным отметить, что согласно данным всесоюзной переписи населения, проведенной в 1989 г., население Южной Осетии составляло 98 тыс. человек. Из них осетин 67 тыс. и грузин 27 тыс. человек[1]

Экспертное исследование проблем беженцев и внутренне перемещенных лиц (ВПЛ) с необходимостью предполагает краткий экскурс в историю грузино-осетинского конфликта. В противном случае вне поля зрения остаются ключевые детерминанты изучаемого круга вопросов. Без этого невозможно осмыслить основные причины возникновения этого конфликта, его последствий, в том числе исхода населения из Грузии и Республики Южная Осетия, а также будет затруднён анализ обстоятельств, которые, по нашему мнению, могут способствовать или препятствовать как разрешению конфликта в целом, так и возвращению беженцев и ВПЛ в места прежнего постоянного проживания, или их обустройства в местах нынешнего проживания.

В среде политологов-специалистов по конфликтам бытует мнение, что одной из основных причин возникновения конфликтов на постсоветском пространстве, в том числе грузино-осетинского конфликта, явился распад Советского Союза и последовавший за ним «парад» суверенитетов союзных республик, входивших в СССР.

В то же время часть исследователей считает, что в развязывании конфликта между Грузией и Республикой Южная Осетия, начавшегося в ноябре 1989 года, виновны исключительно националистически настроенные власти Грузии.

Отчасти соглашаясь с этим тезисом, нам представляется, что причины грузино- осетинского конфликта более глубоки и уходят корнями в прошлое грузино-осетинских отношений[2].

С самого начала этот конфликт носил этнополитический характер. Грузинские власти независимо от их политической принадлежности и существующего в Грузии строя – феодалы-тавады,   князья,   меньшевики,   большевики,   демократы,   в   течение   столетий, преследуя стратегическую цель построения моноэтнического государства, старались всеми способами решить вопрос национальных меньшинств в Грузии в свою пользу, т. е. лишить национальные меньшинства этнической идентификации. XX век в этом отношении более чем показателен. В 1920 году Грузия, воспользовавшись распадом Российской империи, в составе которой была с 1801 года, образовала Грузинскую демократическую республику и осуществила полномасштабную военную агрессию против Южной Осетии под предлогом борьбы с революционными элементами, а фактически с целью физического уничтожения осетин и/или их изгнания на Северный Кавказ.

В той войне погибло более 18 тыс. осетин, а количество беженцев из Южной Осетии, большинство из которых так и не вернулось на свою родину, достигло 50 тыс. человек[3]. И хотя Грузия не достигла поставленной цели– окончательной ликвидации или изгнания южных осетин, народу Южной Осетии был нанесен страшный урон.

В последующие десятилетия власти Грузии изменили тактику и для достижения поставленной стратегической цели стали применять другие, более «мирные» и в то же время изощрённые методы, направленные на принудительное огрузинивание осетин по всей Грузии. Следствием такой политики явилось то, что сегодня довольно значительная часть населения Восточной Грузии и Кахетии, считающиеся грузинами, по происхождению осетины, практически полностью ассимилированные грузинским обществом[4]. Подобные же попытки предпринимались и в отношении коренного населения Южной Осетии – этнических осетин. И, несмотря на то, что эти попытки были менее результативны чем в самой Грузии, угроза утери со временем своей национальной идентичности, своего языка и культуры при продолжении нахождения в составе Грузии, тем более ставшей суверенной, была более чем реальной.

В такой, весьма непростой ситуации, в условиях  неудержимого  роста этнонационализма в Грузии, народ Южной Осетии в 90-х годах XX столетия, преследуя в первую очередь цель самосохранения как этноса, принял единственно спасительное решение – вначале повысить статус Южной Осетии с автономной области до республики в составе Грузии[5], а после отмены властями Грузии автономии Южной Осетии[6] – выйти из ее состава и объявить о создании суверенного государства–Республики Южная Осетия[7].Последовавшие за этим события подтвердили верность принятого народом решения.

Во всех регионах Грузии, в средствах массовой информации и в трудовых коллективах под шовинистическими лозунгами началась антиосетинская кампания: из осетина создавался образ врага, захватчика грузинских земель и т. д. Значительная часть грузинского общества, причём представители всех слоёв населения, поддались этой пропаганде, осетин повсеместно стали изгонять с работы, лишали жилищ и имущества, а то и жизни[8].

Начиная с 1989 и в последующие годы из Грузии было изгнано около 100 тыс. осетин. Большинство из них были вынуждены бросить свои дома и имущество, которые были захвачены грузинами. Основная часть осетин- беженцев из Грузии обосновались в РФ. Примерно 5 тыс. человек обосновалось в Южной Осетии. К настоящему времени из этого количества беженцев обратно в Грузию, за редким исключением, не вернулся никто.

В это же время в течение 1989 – 1992 гг., т. е. до ввода в Республику Южная Осетия миротворцев, грузинские националисты осуществили полную экономическую блокаду Южной Осетии, а затем вооружённую агрессию. При этом было сожжено или разрушено 117 осетинских сел, убито около 1 тыс. осетин, ранено 2,5 тыс. человек, пропало без вести до 150 человек, полностью были разрушены сельскохозяйственная, промышленная и социальная инфраструктуры, сожжены больницы и школы[9].

Экономике Южной Осетии был нанесен ущерб, оцененный экспертами в 34 млрд. российских рублей[10]. За эти годы из республики, спасаясь от ужасов войны и в поисках лучшей доли бежало 40 тыс. осетин, многие из которых так и не вернулись на родину. Из разрушенных осетинских сёл в г. Цхинвал вынужденно переселилось 5 тыс. человек. В то же время из Республики Южная Осетия бежало или переселилось в Грузию в поисках лучшей жизни примерно 16 – 18 тыс. грузин, большая часть из которых покинула г. Цхинвал за несколько дней до первой вооружённой агрессии Грузии против Южной Осетии 6 января 1991 г., и которых власти Республики Южная Осетия беженцами не признают[11].

Дальнейшее рассмотрение обозначенной проблематики обязывает нас произвести терминологическое уточнение. Дело в том, что имеет место существенная разница в толковании и использовании терминов «беженец», «внутренне перемещенное лицо» и др. грузинской и осетинской сторонами. Законодательство Республики Южная Осетия использует  следующие  определения  «беженца»  и  «внутренне  перемещенного  лица»  или «вынужденного переселенца»:

«Беженец – это лицо, которое не является гражданином Республики Южная Осетия, и которое в силу обоснованных опасений стать жертвой преследования из-за вероисповедания, гражданства, национальности, принадлежности к определённой социальной группе или политических убеждений находится вне страны своей гражданской принадлежности и не может или не желает пользоваться защитой этой страны вследствие таких опасений, а также, не имея определённого гражданства и находясь вне страны своего прежнего обычного местожительства в результате подобных событий, не может или не желает вернуться в неё

вследствие таких опасений»[12].

1. «Вынужденный переселенец – это гражданин Республики Южная Осетия, покинувший место жительства вследствие совершённого против него или членов его семьи насилия   или преследования в иных формах либо вследствие реальной опасности подвергнуться преследованию по признаку принадлежности к определённой социальной группе или к иным политическим убеждениям, ставших поводом для проведения враждебных компаний в отношении конкретного лица или группы лиц, массовых нарушений общественного порядка[13].

2. Вынужденным переселенцем (внутренне перемещенным лицом) признаётся:

а) гражданин Республики Южная Осетия, вынужденный покинуть место жительства на территории иностранного государства и прибывший на территорию Республики Южная Осетия;

б) гражданин Республики Южная Осетия, вынужденный поменять место жительства в одном районе Республики Южная Осетия и прибывший на территорию другого района или города Республики Южная Осетия;

в) иностранный гражданин или лицо без гражданства, постоянно проживающий на законных основаниях на территории Республики южная Осетия и изменивший место жительства в пределах Республики Южная Осетия по обстоятельствам, предусмотренным пунктом первым;

г) гражданин бывшего СССР, проживающий на территории республики, входившей в состав СССР, получивший статус беженца в РЮО и утративший этот статус в связи с приобретением гражданства Республики Южная Осетия при наличии обстоятельств, препятствовавших данному лицу в период действия статуса беженца в обустройстве на территории Республики Южная Осетия».

Следует иметь в виду, что под термином «вынужденный переселенец» законодательство Республики Южная Осетия подразумевает «внутренне перемещённое лицо».

При этом имеются серьёзные противоречия между югоосетинской и грузинской сторонами в вопросе признания тех или иных групп переместившегося населения беженцами или внутренне перемещёнными лицами. Противоречия касаются не только формального использования терминов «беженец» и «внутренне перемещенное лицо», но и содержания этих понятий, т. к. закон наделяет эти две категории перемещённых лиц разными статусами и тем самым разными правами и обязанностями.

Причина различий в подходе югоосетинской и грузинской сторон к содержанию и использованию понятий «беженец» и «внутренне перемещённое лицо» – политико-правовая и заключается в том, что южные осетины, основываясь на общепризнанном принципе права наций на самоопределение, а также на результатах проведённых на территории РЮО референдумов, обоснованно считают своё государство суверенным, независимым, признанным несколькими государствами – членами ООН, субъектом международного права, а потому все перемещённые из Грузии в Южную Осетию лица, так же как и перемещённые из Южной Осетии на территорию соседнего государства Грузия лица в РЮО считаются беженцами.

Грузинская же сторона считает этих лиц внутренне перемещёнными, исходя из своего посыла о том, что Южная Осетия является составной частью Грузии.

За всё время конфликта в антиосетинских действиях самое активное участие принимали жители грузинских сёл Южной Осетии, расположенных вокруг её столицы – г. Цхинвал. Из этих сёл в 1989 – 1992 гг. были изгнаны все осетины, а их дома и имущество были уничтожены или присвоены их односельчанами-грузинами. Единственная автомобильная дорога из г. Цхинвал в Северную Осетию, проходящая через эти села, систематически блокировалась, а когда она открывалась, то проезжающие по ней осетины регулярно подвергались унизительному досмотру и издевательствам. Созданные жителями этих сёл военные  формирования,  по  сути  бандгруппы,  совершили  ряд  тягчайших  преступлений против осетинского населения [14].

В последующие годы указанные сёла и их жители использовались властями Грузии как плацдарм для разведывательной деятельности против Южной Осетии, разных провокаций, других антиосетинских действий.

Несмотря на причинённые им несчастья, люди в Южной Осетии по прошествии нескольких лет после завершения горячей фазы конфликта в 1992 г. стали «оттаивать», возобновились контакты между осетинами и грузинами на бытовом уровне. На границе между Республикой Южная Осетия и Грузией по инициативе самих граждан – грузин и осетин, стихийно возник и функционировал рынок вблизи села Ергнети, причём часть рынка была расположена на территории Южной Осетии, а другая на территории Грузии. Люди, независимо от национальности, свободно передвигались по всей территории рынка, общались между собой, совершали сделки и т. д.

Ежедневно рынок посещали по несколько тысяч человек; в процессе общения стали восстанавливаться утраченные связи между людьми, доверие и т. п. Власти Южной Осетии не мешали свободе передвижения по стране, взаимным посещениям святилищ, бизнес- контактам между осетинами и грузинами. Созданная в 1992 году на основании Дагомысских соглашений Смешанная контрольная комиссия (СКК), состоящая из представителей Республики Южная Осетия, Грузии, Российской Федерации, а также Республики Северная Осетия – Алания как субъекта Российской Федерации, на территорию которой переселилось больше всех беженцев из Грузии, добилась определённого прогресса в деле укрепления мер доверия между РЮО и Грузией, создания условий для укрепления мира в регионе и торгово- экономических контактов не только между гражданами, но и хозяйствующими субъектами сторон. В рамках СКК при посредничестве УВКБ ООН и ОБСЕ 13 февраля 1997 года был принят важный для перемещённого населения документ: «Порядок добровольного возвращения беженцев и вынужденных переселенцев в результате грузино-осетинского конфликта в места их прежнего постоянного проживания».

В том же году руководством Республики Южная Осетия был принят целый пакет нормативно-правовых актов, содействующих возвращению и обустройству беженцев и иных перемещенных лиц[15].

23 февраля 2000 года между Правительством Российской Федерации и Правительством Грузии с участием Правительства Республики Южная Осетия было заключено Соглашение о взаимодействии в восстановлении экономики в зоне грузино-осетинского конфликта и возвращении беженцев, выработке межгосударственной Программы по возвращению, обустройству, интеграции и реинтеграции перемещённых лиц. И хотя программа в полном объеме не была реализована, было зафиксировано стремление сторон конфликта поступательно решать проблемы беженцев и внутренне перемещённых лиц.

Сказанное не означает, что произошел прорыв в решении проблем беженцев, что были созданы условия для их безопасного, добровольного, достойного возвращения и обустройства в местах прежнего постоянного проживания.

Но, тем не менее, пусть медленно, трудно, процесс создания условий для возвращения сдвинулся с мёртвой точки.

В последующие несколько лет в рамках СКК при партнёрском участии УВКБ ООН в формате   указанного   выше   «Порядка…»   из   Российской   Федерации   в   Грузию   были возвращены 67 семей, а в Республику Южная осетия 470 семей[16]. Стали возвращаться беженцы и из Грузии в Южную Осетию, большей частью в Цхинвальский и Знаурский районы[17].

Однако подобное развитие сценария в грузино-осетинских отношениях не устраивало грузинское руководство во главе с М. Саакашвили, который при захвате власти в Грузии в 2003 году обещал своему народу скорое «воссоединение» Южной Осетии и Абхазии с Грузией. Все позитивные шаги по урегулированию грузино-югоосетинского конфликта и решению проблем беженцев, которые с таким трудом были достигнуты, новыми властями Грузии были отброшены в сторону: Грузия вышла в одностороннем порядке из всех международных договорённостей, касающихся урегулирования конфликта[18], принятые на себя обязательства в рамках СКК Грузией игнорировались, её деятельность постепенно сворачивалась и стала формальной. Новые власти Грузии максимально ужесточили режим экономической блокады Южной Осетии, Ергнетский рынок был закрыт вопреки интересам, в первую очередь, грузинского населения. Словом, по вине грузинской стороны все контакты по возвращению доверия и взаимопониманию между грузинами и осетинами были прерваны. Грузинские власти практически открыто готовились к силовому решению грузино- югоосетинского и грузино-абхазского конфликтов, а затем осуществили попытки такого решения[19].

Грузинские сёла, откуда обстреливался г. Цхинвал, в ходе боевых действий при контрнаступлении и ответного артиллерийского огня 10 – 12 августа 2008 г., были разрушены, а их жители, большинство из которых грузинские власти за несколько дней до нападения на Южную Осетию вывезли на территорию Грузии, не смогли вернуться в места прежнего проживания и числятся в настоящее время беженцами. Число этих людей составляет примерно 15 – 16 тыс. человек.

В свою очередь, из-за грузинской агрессии 7 – 12 августа 2008 г. из Южной Осетии вновь бежало более 30 тыс. осетин. После окончания войны большинство из них вернулись обратно на родину.

В ходе пятидневной войны 2008 года по списочному составу югоосетинской стороны погибло свыше 600 человек, получили ранения около 2 тыс. человек, пропали без вести семеро осетин. Республике Южная Осетия и её гражданам был нанесён невосполнимый материальный урон на сумму во много миллиардов российских рублей. Инфраструктуру фактически приходится восстанавливать заново[20].

В целом же в Южной Осетии практически не осталось семьи, родственники которой не были бы убиты или ранены в результате конфликтного давления Грузии с 1989 по 2008 годы. Говоря о поиске путей урегулирования грузино-осетинского конфликта, в том числе решения проблем, связанных  с беженцами и ВПЛ, наряду с вышеизложенными обстоятельствами,  следует  учитывать  и  вытекающие  из  этих  обстоятельств  факторы, которые  ещё  больше  усложняют  как  решение  самого  конфликта,  так  и  возможность возвращения  в  обозримом  будущем  значительного  количества  беженцев  и  ВПЛ  в  места прежнего постоянного проживания как в Республику Южная Осетия, так и в Грузию. Ниже приводятся некоторые из этих факторов:

1. диаметрально противоположные позиции Республики Южная Осетия и Грузии по вопросу статуса, которые отрицательно влияют на решение проблемы беженцев;

2. отсутствие политической оценки действиям властей Грузии против Южной Осетии, начиная с ноября 1989 г. по 2008 г. как со стороны самих властей Грузии, так и со стороны международных организаций – ОБСЕ, ЕС, ООН. Особое возмущение граждан Южной Осетии вызывают попытки превратить Грузию из агрессора в жертву агрессии, утверждая, что войну в августе 2008 г. начала не Грузия;

3. крайне негативно на решении проблемы беженцев отражается нежелание властей Грузии подписать юридически обязывающий документ о неприменении в будущем силы против Республики Южная Осетия и Абхазии;

4. следует иметь в виду, и объяснить это беженцам из Грузии и Республики Южная Осетия, что, согласившись на возвращение в места прежнего постоянного проживания, они должны знать, что возврат будет осуществлён в другое государство. С учётом этого обстоятельства должен быть соблюдён один из основных принципов возвращения – добровольность;

5. не способствует повышению уровня доверия между осетинами и грузинами деструктивная, вредная и, что самое главное, неверная трактовка истории грузино- осетинских отношений со стороны представителей властных структур Грузии, а также ряда грузинских историков, этнографов и СМИ;

6. при устранении последствий грузино-осетинского конфликта, в части вопросов по обустройству беженцев и ВПЛ, следует иметь в виду очень важное, по нашему мнению, обстоятельство – за последние двадцать с лишним лет, находясь фактически в полной изоляции друг от друга, в югоосетинском и грузинском обществах социализировалось поколение, унаследовавшее от конфликта чувство вражды и недоверия друг другу;

7. серьёзные осложнения при решении вопроса о возвращении беженцев и их обустройстве в местах прежнего постоянного проживания создаст также т. наз. «социально- экономическая» составляющая проблемы, т. е. отсутствие в местах возвращения экономических и социальных условий для возвращения, необходимость их создания практически заново;

8. анализ ситуации указывает на то, что имеются серьёзные сомнения в наличии у Грузии политической воли и материальной базы для осуществления безопасного и достойного возвращения и обустройства в местах прежнего постоянного проживания около 100 тыс. осетин – беженцев из Грузии, или выплаты компенсации за утерянное имущество тем, кто не пожелает вернуться в Грузию. Эти сомнения имеют под собой реальную почву и никак не способствуют решению вопроса по беженцам;

9. разные подходы конфликтующих сторон при определении и закреплении статуса «беженец» и/или «внутренне перемещённое лицо» за лицами, перемещёнными вследствие конфликта как из Южной Осетии, так и Грузии;

10. как известно, наиболее плотно решением проблем беженцев и ВПЛ в результате грузино-осетинского и грузино-абхазского конфликтов занимаются сейчас на Женевских дискуссиях, где на равных участвуют и представители Республики Южная Осетия и Абхазии. На этой площадке пусть трудно, но наблюдается определённый прогресс в решении судьбы беженцев и ВПЛ. Несмотря на это, власти Грузии, преследуя цель получения политических дивидендов, трижды выносили проблему возвращения беженцев и ВПЛ на рассмотрение Генеральной Ассамблеи ООН, в заседаниях которой представители РЮО и Абхазии не принимали участие и не смогли озвучить свое видение решения проблемы. В результате Генеральная Ассамблея ООН приняла по сути декларативные резолюции, которые осложнили и без того непростую работу в формате Женевских дискуссий;

11. следует иметь в виду, что в Республике Южная Осетия проблему возвращения и достойного обустройства беженцев и ВПЛ в местах прежнего проживания тесно увязывают с решением вопроса выплаты Грузией материально-финансовой компенсации Республике Южная Осетия и её гражданам за нанесение им в результате грузинской агрессии имущественного и морального вреда.

Итак, выше изложены обстоятельства и факторы, бесспорно препятствующие возвращению и обустройству в местах прежнего постоянного проживания беженцев как из Грузии, так и из Южной Осетии.

Каковы же, с учётом существующих реалий, перспективы решения столь сложной и болезненной проблемы? Какие следует предпринять шаги, чтобы со временем сделать возможным возврат беженцев и ВПЛ в свои дома?

Думается, что для достижения прогресса в данном вопросе целесообразно взять за основу общепризнанные нормы международного права, регулирующие отношения, связанные с беженцами и внутренне перемещёнными лицами, в частности принципы, содержащиеся в Конвенции 1957 г. о статусе беженцев и Протоколе 1967 г. к ней, а также в Руководящих принципах по внутренне перемещенным лицам 1998 г., т. е. право на добровольное, безопасное и достойное возвращение беженцев, ВПЛ и других лиц, перемещённых с 1989 по 2008 гг. из Грузии и Южной Осетии.

При этом необходимо предпринять конкретные шаги, направленные на улучшение ситуации, повышение мер доверия на основе следующих основных принципов:

а) необходимость достижения политического урегулирования грузино-осетинских отношений как важнейшей части поддержания и при должной координации продвижения гарантий безопасности для возвращенцев, совместимых с требованием добровольного, безопасного и достойного возвращения;

б) дача объективной политической оценки со стороны грузинских властей и международных организаций агрессивным действиям Грузии против Южной Осетии, имевших место в том числе в 1989 – 1992, 2004 и 2008 гг., и послуживших основной причиной бегства населения как из Грузии, так и из Южной Осетии. Беженцы как из Грузии, так и из Южной Осетии имеют право и должны знать истинные причины их исхода с мест прежнего проживания, а не опираться на навязанные им властями и ангажированными СМИ ложные представления об этих причинах. Объективная политическая оценка действиям властей по нашему мнению способствовала бы решению проблем беженцев, так как:

– правдивая информация стала бы основой для вынужденных переселенцев для реальной оценки происходящих событий, чтобы постараться найти своё место в этих явлениях и, учитывая эти обстоятельства, принять осмысленное, основанное на существующих реалиях решение по возвращению в места прежнего постоянного проживания с учётом наличия там условий безопасности, или обосноваться на месте нынешнего проживания;

– в свою очередь, наличие объективной политической оценки действиям Грузии в Южной Осетии способствовало бы представителям принимающих общин быть более терпимыми и великодушными к возвращенцам, которые в их представлении воспринимаются как представители нации, руководство которой принесло им столько горя;

– и наконец, послужило бы для руководства принимающей стороны как бы рычагом, морально-психологической и политической платформой для продвижения проблем перемещённых лиц к объективному и справедливому разрешению;

в) при решении вопросов, связанных с беженцами, важно, чтобы должностные лица, принимающие решения, были озабочены судьбой этих беженцев, а не использовали их в своих политических играх. Показательна в этом отношении позиция руководства Грузии в отношении беженцев из Ленингорского района Республики Южная Осетия, грузин по национальности, численностью примерно 6 тыс. человек, которые находятся в с. Церовани на территории Грузии с августа 2008 г. Руководство Южной Осетии официально заявило, что согласно на возвращение всех этих людей в места их прежнего постоянного проживания в свои дома и к своему имуществу, т. к. они участия в боевых действиях против Республики Южная Осетия не принимали. Весьма своеобразной, хотя и ожидаемой оказалась реакция официального Тбилиси на это предложение – беженцам было отказано в их праве на возвращение в свои дома по надуманной причине отсутствия безопасности, хотя большинство из них беспрепятственно и в условиях безопасности систематически посещают свои дома, обрабатывают свои земельные участки и пользуются теми же благами, что и другие жители района;

г) подписание Грузией юридически обязывающего документа о неприменении силы против Южной Осетии и Абхазии. Подобный шаг со стороны властей Грузии будет способствовать повышению уровня доверия. Ведь опросы, проведённые среди жителей Южной Осети и даже беженцев из Ленингорского района, грузин по национальности, показывают, что значительное количество наших граждан не верят в установление прочного мира на своей родине и по настоящее время опасаются новой агрессии со стороны Грузии;

д) признание за беженцами и ВПЛ права на добровольное, безопасное и достойное возвращение в места прежнего постоянного проживания по мере создания условий для такого возвращения, а также права этой категории лиц на обустройство в местах нынешнего проживания;

е) принимая во внимание, что многие пострадавшие в результате грузино-осетинского конфликта в свое время по разным причинам не зарегистрировались официально в статусе беженца или ВПЛ, имея также в виду, что многие беженцы и ВПЛ по прошествии лет лишились этого статуса, учитывая, что тем не менее эти лица понесли в результате конфликта реальный материальный и моральный ущерб, было бы справедливо: или определить критерием, дающим пострадавшему право на реституцию и/или компенсацию, подтверждённый  факт  вынужденного  перемещения,  а  также  причинения  лицу  ущерба вследствие грузино-осетинского конфликта, а не наличие у него статуса беженца или ВПЛ, или подтвердить и восстановить статус беженца или ВПЛ за всеми лицами, независимо от национальности и места прежнего проживания, ставших таковыми, начиная с 1989 по 2008 г. включительно, места прежнего проживания которых находились в Грузии или Республике Южная Осетия;

ж) признание сторонами конфликта и соответствующими международными организациями, которые занимаются этой проблематикой, за беженцами и ВПЛ как из Грузии, так и из Республики Южная Осетия, независимо от национальности, места прежнего и нынешнего проживания, права на реституцию и/или компенсацию за утерянное жильё и имущество. причём это право должно быть реализовано путем выбора:

- добровольного, безопасного и достойного возвращения в места прежнего проживания;

- нового места проживания и права на компенсацию за утерянное жилье и имущество, а также за моральный ущерб для лиц, не пожелавших вернуться в места прежнего проживания. При этом неприемлемо в какой бы то ни было форме давление на беженцев, ВПЛ и других перемещённых лиц для принятия ими вопреки их воле решения на возвращение или

обустройства на новом месте проживания;

з) учитывая, что агрессивными действиями Грузии в отношении Республики Южная Осетия последней был причинён огромный материальный ущерб, фактически полностью разрушены сельскохозяйственная, промышленная, строительная и социальная инфраструктуры, в результате многолетней экономической блокады со стороны Грузии экономика Южной Осетии пришла в упадок, принимая во внимание, что для реализации социальных программ, в том числе при решении вопросов по возвращению и обустройству беженцев, нужны большие финансовые средства, Грузии следовало бы возместить причинённый ею Республике Южная Осетия материальный ущерб;

и) необходимость создания сторонами конфликта условий для возрождения взаимного уважения и взаимопонимания, устранения всех форм нетерпимости у населения с учётом рисков, связанных с инцидентами. Эти меры будут способствовать повышению мер доверия между сторонами конфликта.

Нужными шагами для создания условий разрешения проблемы беженцев являются меры по укреплению сторонами своего национального законодательствам и демократических институтов, стремление пересмотреть или, если необходимо, отменить законодательные акты или правила, несовместимые с вышеуказанными принципами.

Важными звеньями, способствующими повышению мер доверия, были бы усилия сторон конфликта по предупреждению и пресечению всяких инцидентов на границе, а также их взаимодействие в борьбе с преступностью, которые служат помехой для создания условий реализации процесса возвращения.

После достижении сторонами конфликта согласия и взаимоприемлемого решения по изложенным выше основным принципам возвращения, появилась бы возможность перехода к следующему этапу – решению не столь крупных, но важных для беженцев и ВПЛ задач. В качестве первых шагов стороны могли бы проводить ориентированную на результат информационную работу в СМИ и среди населения с целью создания позитивной, транспарентной психологической и социальной атмосферы в общественном мнении, а также в принимающих общинах и в среде возвращенцев.

По мере создания соответствующих условий доверия и безопасности, принимающая сторона могла бы разрешить перемещённым лицам осуществлять ознакомительные поездки в места их прежнего проживания. Эти поездки могли бы внести свой вклад в продвижении принципа безопасного возвращения.

С целью восстановления прав беженцев и ВПЛ на реституцию и/или компенсацию и для осуществления действий по реализации этих прав, необходимо провести мероприятия по установлению и подтверждению количества беженцев, ВПЛ и других перемещённых лиц, не имеющих официального статуса беженца или ВПЛ, определить, какое количество лиц данной категории вернулось обратно в места прежнего проживания. Составить перечень утерянного беженцами, ВПЛ и другими перемещенными лицами жилья и имущества, при этом определить и согласовать между сторонами единую методику по сбору указанной информации.

Списки и перечень имущества могли бы быть согласованы сторонами конфликта при посредничестве третьей стороны.

Необходимо проведение мероприятий по поиску источников финансирования для осуществления реституции и проведения компенсационных выплат; при этом целесообразно, а возможно, и необходимо создание комиссий (в том числе согласительных) с привлечением специалистов из международных организаций для проведения соответствующих вышеуказанным задачам работ.

 

Приложение 1. 

РЕСПУБЛИКÆ ХУССАР ИРЫСТОНЫ ПРЕЗИДЕНТЫ УКАЗ
__________________________ 

 УКАЗ

 ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ

О первоочередных мерах по содействию процесса возвращения беженцев и вынужденных переселенцев в РЮО

 

В результате грузино-осетинского конфликта 1991 – 92 гг. многие десятки тысяч людей из сожжённых и разорённых сёл Южной Осетии и внутренних районов Грузии вынуждены были покинуть места постоянного проживания и стать беженцами или вынужденными переселенцами. Подавляющее большинство из них нашло приют в Республике Северная Осетия – Алания, где они были размещены и находятся по настоящее время в основном в общественных зданиях: турбазах, санаториях, общежитиях, сельских клубах и т. д. Несколько тысяч вынужденных переселенцев из сёл Южной Осетии и беженцев из Грузии проживают в г. Цхинвал.

Между тем, на фоне происходящих позитивных перемен по стабилизации обстановки в зоне конфликте, первых положительных результатов по мирному урегулированию осетино-грузинских отношений, принятия СКК «Порядка добровольного возвращения беженцев и вынужденно перемещённых лиц в результате грузино-осетинского конфликта в места их прежнего постоянного проживания», активизации международных гуманитарных организаций по оказанию помощи возвращающимся беженцам, а также появившихся у РЮО возможностей по обустройству беженцев и вынужденных переселенцев в места прежнего проживания становится реальным делом.

Возрождение сожжённых и разорённых сёл, возвращение в них населения, восстановление хозяйств, а также оказание помощи в обустройстве в Южной Осетии беженцев из Грузии, желающих обосноваться здесь, отвечает и нашим национальным интересам.

Исходя из изложенного и в целях поощрения процесса добровольного возвращения беженцев и вынужденных переселенцев в места прежнего постоянного проживания

 

ПОСТАНОВЛЯЮ: 

1. Правительству РЮО изыскать возможность выделения финансовых средств на приобретение строительных материалов для восстановления домов беженцев и вынужденных переселенцев.

2. Министерству промышленности и транспорта, главам администраций города и районов совместно с Государственным комитетом по делам национальностей и миграции обеспечить бесплатную доставку и привоз личной собственности вынужденных переселенцев, добровольно возвращающихся в места прежнего проживания.

3. Комитету лесного хозяйства и главам администраций районов совместно с Госкомитетам по делам национальностей и миграции обеспечить выдачу беженцам и вынужденным переселенцам, вернувшимся в места прежнего проживания и имеющим возможность (желание) самим восстановить свои дома, разрешение на бесплатную заготовку лесоматериала в объёме 10 куб. м. на одну семью.

4. Правительству РЮО до конца 3 квартала 1997 г. разработать и представить на утверждение план восстановления объектов социального и культурного назначения в местах компактного проживания, возвращающихся беженцев и вынужденных переселенцев.

5. Беженцев и вынужденных переселенцев, возвращающихся в места прежнего проживания, освободить от всех видов сельскохозяйственных налогов сроком на 5 лет, за исключением налога на коммерческую деятельность.

6. Военному комиссариату РЮО предусмотреть предоставление лицам призывного возраста отсрочку от военной службы сроком на 2 года для беженцев и вынужденных переселенцев, вернувшихся в места прежнего проживания.

7. Признать действительными аттестаты, дипломы и иные документы об образовании, полученные беженцами в стране их временного проживания.

8. Сохранить за вернувшимися беженцами право пользоваться гуманитарной помощью и иными формами социальной защиты, существующими в Республике.

9. Правительству РЮО, главам администрации районов выделить земельные участки беженцам и вынужденным переселенцам, ранее не проживающим в Южной Осетии и избравшим Южную Осетию место постоянного жительства в размере 0,15 га на одну семью.

10. Министерству сельского хозяйства изыскать возможность продажи вернувшимся беженцам семян и молодняка, птицы и домашнего скота по льготным ценам.

11. Комитету материальных ресурсов и торговли РЮО предусмотреть продажу инвентаря и товаров первой необходимости поселившимся в Южной Осетии беженцам и вынужденным переселенцам в местах их компактного проживания.

12. Министерству внутренних дел, главам Администраций города Цхинвал и районов оказать помощь в юридическом оформлении приобретённого жилья беженцами, самостоятельно обустроившимися на территории РЮО.

13. Государственному комитету по делам национальностей и миграции РЮО уточнить возможность и размеры реального участия УВКБ ООН и других международно-гуманитарных организаций в обустройстве беженцев по месту возвращения.

14. Государственному комитету по делам национальностей и миграции РЮО провести встречи и собрания с беженцами в пунктах временного размещения в Республике Южная Осетия в целью ознакомления их с принятым СКК «Порядком добровольного возвращения беженцев и вынужденно перемещённых лиц в результате грузино-осетинского конфликта в места их прежнего постоянного проживания» и настоящим Указом.

15. Все права и льготы возвращающихся в места прежнего проживания беженцев и вынужденных переселенцев распространить на беженцев, избравших Южную Осетию для нового места жительства.

16. Средствам массовой информации обеспечить достоверное и оперативное информирование общественности о процессе возвращения.

17. Контроль за выполнением данного Указа возложить на Госкомитет по делам национальностей и миграции РЮО.

 

             Президент

Республики Южная Осетия                                Л. Чибиров

 

г. Цхинвал

№ 59 от 11.06.1997

Приложение 2. 

П О Р Я Д О К

добровольного возвращения беженцев и вынужденно перемещённых лиц[21] в результате грузино-осетинского конфликта в места их прежнего постоянного проживания

 

Признавая право всех граждан  на проживание в местах своего происхождения и возвращения в них, воплощённого во Всеобщей Декларации прав человека и Международном пакте о гражданских и политических правах,

действуя в соответствии с Соглашением о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта, подписанным в Сочи 24 июня 1992 года, Положением о Смешанной Контрольной Комиссии (СКК) от 31 октября 1994 года, Меморандумом о мерах по обеспечению безопасности и укреплению взаимного доверия между сторонами в грузино-осетинском конфликте и Заявлением об итогах встречи между Э. А. Шеварднадзе и Л. А. Чибировым в городе Владикавказе,

подтверждая своё стремление к межнациональному согласию, миру и соблюдению прав человека,

выражая  свою готовность к добровольному возвращению беженцев и вынужденно перемещённых лиц в места прежнего постоянного проживания, а также уважая их право на свободный выбор места жительства,

стороны обеспечивают:

- право на добровольное возвращение беженцам и вынужденно перемещённым лицам в места их прежнего постоянного проживания;

- защиту беженцев и вынужденно перемещённых лиц от возможного преследования или ограничения их права на свободу, а также от других мер, ущемляющих их безопасность и достоинство после возвращения; такая защита не распространяется на лиц, совершивших серьёзные преступления неполитического характера,  военные преступления и  преступления против человечества, как это определено в соответствующих международных документах;

- право беженцев и вынужденно перемещённых лиц восстановить свои права на собственность, которой они были лишены в ходе конфликта;

- право на свободу передвижения;

- защиту от преследования, угрозы жизни или имуществу, а также от взимания несанкционированных выплат или иных материальных сборов;

- защиту от действий, ущемляющих национальное достоинство беженцев и вынужденно перемещённых лиц;

- условия для свободной реализации политических и гражданских прав, а также права на гражданство;

- создание условий для развития культуры, национальных традиций и обучения на родном языке для возвращающихся беженцев и вынужденно перемещённых лиц;

- достоверное и оперативное информирование общественности о процессе возвращения.

1. Возвращение беженцев и вынужденно перемещённых лиц при строгом соблюдении принципа добровольности и документально подтверждённых фактов постоянного проживания в местах их возвращения производится:

- в сохранившееся жильё, по праву принадлежащее им. По мере его высвобождения в случае занятости другими беженцами или вынужденно перемещёнными лицами;

- в восстановленное жильё;

- во временное жильё.

2. С целью содействия организации возвращения и для установления факта прежнего постоянного   проживания   беженцы   и   вынужденно   перемещённые   лица   подают   заявления  (Приложение 1) в двух экземплярах в соответствующие органы власти принимающей стороны через органы миграции по месту их фактического временного нахождения.

3. На основании поданных заявлений органы миграции составляют сводные списки по территориям прежнего проживания и вместе с одним экземпляром заявления направляют их в соответствующие органы власти принимающей стороны.

Второй экземпляр хранится в органах миграции соответствующих сторон.

4. Рассмотрение направленных списков и заявлений осуществляется в течение 30 дней с момента их регистрации по поступлении в соответствующие органы власти принимающей стороны.

По окончании рассмотрения списки возвращающихся беженцев и вынужденно перемещённых лиц утверждаются и направляются в органы миграции соответствующих сторон.

5. При отрицательном решении о факте подтверждения прежнего постоянного проживания, органу миграции соответствующей стороны направляется письменный, юридически обоснованный ответ.

6. Направление беженцев и вынужденно перемещённых лиц к местам прежнего постоянного проживания осуществляется по мере их готовности. При этом соответствующий орган по миграции заблаговременно направляет официальное уведомление принимающей стороне.

7. Для добровольно возвращающихся беженцев и вынужденно перемещённых лиц принимающая сторона в тесном сотрудничестве с УВКБ ООН обеспечивает:

- приём и доставку к местам прежнего постоянного проживания;

- безопасность возвращения и проживания;

- все гражданские, политические, социально-экономические и культурные права;

- содействие в адаптации и реинтеграции в местах прежнего проживания,  включая возможную отсрочку от военной службы.

8. С целью сохранения единства семей, супругам и/или детям возвращающихся беженцев и вынужденно перемещённых лиц, которые сами не являются гражданами принимающей страны, разрешается въехать и оставаться в районах возвращения.

9. Добровольно возвращающиеся беженцы и вынужденно перемещённые лица освобождаются от обычных для пунктов пересечения границ и автомагистралей иммиграционных, таможенных и других формальностей, а также от всех пошлин и налогов на автотранспортные средства. Личная и общественная собственность беженцев и вынужденно перемещённых лиц, которую они перевозят с собой, включая домашних животных, не облагается никакими таможенными пошлинами и налогами.

10. Все права и льготы возвращающихся в места прежнего постоянного проживания беженцев и вынужденно перемещённых лиц распространяются и на тех из них, которые избрали себе новое место жительства.

11. Координация усилий сторон по реализации данного Порядка возлагается на постоянно действующий орган, состоящий из представителей сторон и наделённый СКК соответствующими полномочиями.

 

Владикавказ, 13 февраля 1997 г.

 

За Российскую сторону                                За Грузинскую сторону

____________________                              _____________________

За Юго-Осетинскую сторону            За Северо-Осетинскую сторону

_______________________             ___________________________

При участии:
 

За ОБСЕ                                             За УВКБ ООН

______________                               _____________________

 

 

С О Г Л А Ш Е Н И Е

о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта

 

Российская Федерация и Республика Грузия, стремясь к скорейшему прекращению кровопролития и всестороннему урегулированию конфликта между осетинами и грузинами, руководствуясь желанием восстановить мир и стабильность в регионе, подтверждая приверженность принципам Устава ООН и Хельсинкского Заключительного акта, действуя в духе уважения прав и свобод человека, а также прав национальных меньшинств, принимая во внимание договорённости, достигнутые в Казбеги 10 июня с. г., согласились о нижеследующей:

 

Статья 4.

Стороны незамедлительно приступают к переговорам по экономическому восстановлению районов, находящихся в зоне конфликта, и созданию условий для возвращения беженцев. 

Стороны считают недопустимым применение экономических санкций и блокады, любые другие помехи на свободном пути движения товаров, услуг и людей и обязуются обеспечивать условия для оказания гуманитарной помощи населению.

 За Республику Грузия                   За Российскую Федерацию

 

Э. Шеварднадзе                               Б. Ельцин

 

А. Галазов

Т. Кулумбегов

 

 

С О Г Л А Ш Е Н И Е

между Правительством Российской Федерации

и Правительством Республики Грузия об экономическом восстановлении районов в зоне грузино-осетинского конфликта

 

Правительство Российской Федерации и Правительство Республики Грузия, в целях экономического восстановления районов в зоне грузино-осетинского конфликта, а также создания условий для возвращения беженцев в места постоянного проживания, согласились о нижеследующем:

 

 Статья 4.

Стороны организую проведение переписи беженцев из зоны грузино-осетинского конфликта на территории Российской Федерации и Республики Грузия, а также будут способствовать их возвращению и восстановлению ими своих жилищ и других объектов  социально-бытового назначения. 

Совершено  в  Москве  26  сентября  1993  года  в  двух  экземплярах,  каждый  на  русском  и грузинском языках, причём оба текста имеют одинаковую силу.

 

За Правительство                                          За Правительство

                                                                                                             Российской Федерации                                      Республики Грузия

 

 

С О Г Л А Ш Е Н И Е

между Правительством Российской Федерации и Правительством Грузии о восстановлении экономики

в зоне грузино-осетинского конфликта и в возвращении беженцев

 

Правительство Российской Федерации и Правительство  Грузии (для Грузии – Исполнительная власть), именуемые в дальнейшем Сторонами,

исходя и положений Соглашения о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта от 24 июня 1992 года (Сочи), Меморандума о мерах по обеспечению безопасности и укреплению взаимного доверия между сторонами в грузино-осетинском конфликте от 16 мая 1996 года (Москва) и Протокола встречи, посвящённой полномасштабному урегулированию грузино- осетинского конфликта от 5 марта 1997 года (Москва),

в целях восстановления и развития экономики районов, пострадавших в результате грузино- осетинского конфликта и создания условий для организованного возвращения беженцев и вынужденно перемещённых лиц (вынужденных переселенцев) в места их прежнего постоянного проживания,

согласились о нижеследующем:
Статья 1

Стороны признают необходимость дальнейшего финансирования работ в зоне грузино- осетинского конфликта и разработают с участием полномочных представителей югоосетинской и североосетинской сторон:

- межгосударственную программу взаимодействия в восстановлении экономики в зоне грузино-осетинского конфликта;

- межгосударственную программу возвращения, обустройства, интеграции и реинтеграции беженцев, включающую мероприятия по восстановлению хозяйства в районах, куда возвращаются беженцы.

Стороны будут принимать меры по реализации указанных программ с привлечением международных организаций.

Грузинская сторона примет меры к восстановлению прав беженцев и вынужденно перемещённых лиц на занимаемое ими ранее жильё в соответствии с нормами международного права.

Стороны будут содействовать усилиям международных организаций в реализации социальных, экономических и гуманитарных программ в районах, пострадавших в результате конфликта.

 

Совершено в г. Тбилиси 23 декабря 2000 года в двух подлинных экземплярах, каждый на русском и грузинском языках, причём оба текста имеют одинаковую силу.

 

За Правительство                                          За Правительство

Российской Федерации                                 Грузии



[1] Данные всесоюзной переписи населения в 1989 г.

[2] Пионерное   исследование   конфликтной   составляющей   грузино-осетинских   отношений   проводится   в публикации: В. Д. Дзидзоев, К. Г. Дзугаев, Южная Осетия в ретроспективе грузино-осетинских отношений, Цхинвал, 2007 г.

[3] Архив югоосетинской части СКК  и данные Ген.прокуратуры РЮО

[4] На фоне широкой антиосетинской кампании в Грузии продолжался процесс интенсивного «огрузинивания негрузин».  Вот  один  из  образцов  решений  официального  государственного  органа  района  Грузии  об «огрузинивании» осетин:

Решение Хашурского райисполкома Совета народных депутатов № 296 от 26 июля 1990 года.

Исполком райсовета народных депутатов Хашурского района вынес решение по поводу исправления осетинских и армянских фамилий. Жители Хашурского района грузинской национальности, носящие осетинские и армянские фамилии (Цховребашвили, Кулумбеговы, Микоян, Шавердян и др.), обратились в историко-архивный институт Академии Наук ГССР им. Джавахишвили. Институт отмечает, что лица, носящие перечисленные выше фамилии – грузины, и рекомендуется им первоначальная форма фамилии.

По данным историко-архивного института Академии Наук ГССР им. Джавахишвили и по просьбе этих лиц, райсовет народных депутатов Хашурского района ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. В метрических выписках перечисленным лицам обозначить национальность: грузин. Фамилии Кулумбеговы – Кулумбегашвили, Микоян – Микашвили и т.д. А Цховребашвили вернуть по желанию форму Цховребули, Шавердян – Шавердашвили.

2. Паспортному столу Хашурского управления внутренних дел оказать помощь в получении паспортов на новые фамилии.

3. С решением ознакомить все районы и райсоветы для продолжения аналогичной работы. Председатель исполкома А. Данелия.

Для сравнения: «Только в 1926-1979 годах в Грузии огрузинились более 100 тыс. представителей других национальностей» (Из статьи В. Гуджабидзе в газете «Литературули Сакартвело» от 13 января 1989 г.)

[5] Постановление XII сессии Юго-Осетинского областного Совета народных депутатов от 10 ноября 1989 г.

[6] Постановления Верховного Совета Грузинской ССР от 16 ноября 1989 г. и от 11 декабря 1990 г.

[7] Постановление XIV сессии Юго-Осетинского областного Совета народных депутатов от 20 сентября 1990

года, подтвержденное 16 октября и 28 ноября 1990 года на XV и XVI сессиях соответственно.

[8] Архив югоосетинской части Смешанной Контрольной Комиссии (СКК):

–   статья профессора Кванчилашвили (Грузия), касающаяся демографических аспектов развития Грузии, где озвучена идея ограничения рождаемости негрузинским населением Грузии (газета «Литературули Сакартвело» 30 сентября 1988 г.);

–   статья профессора З. Чкванава (Грузия) под названием «Путь найден», в которой предлагается выслать из Грузии негрузин, имеющих более двух детей (газета «Комунисти» 21 ноября 1988 г.);

–    интервью с писателем А. Бакрадзе (Грузия), выдержанная в духе пренебрежения к языкам и культуре других народов Грузии (газета «Молодёжь Грузии» ноябрь 1988 г.) и т.д

[9] Заключение трехсторонней российско-грузино-югоосетинской Комиссии, созданной Смешанной Контрольной Комиссией для оценки имущественного ущерба в зоне грузино-осетинского конфликта.

[10] Заключение российско-грузино-югоосетинской Комиссии

[11] Данные югоосетинской части СКК

[12] Закон Республики Южная Осетия «О беженцах»

[13] Закон Республики Южная Осетия «О вынужденных переселенцах».

[14] 20 мая 1992 г. бандгруппа из числа жителей грузинских сел Кехви, Курта, Ачабети, Дзарцеми устроили засаду на объездной дороге вблизи осетинского села Зар и расстреляли колонну беженцев из г. Цхинвал. Погибли старики, женщины и дети – всего 34 человека. 18 марта 1991 г. у грузинского с. Ередви бандгруппа с участием его жителей высадила из проезжавшего автобуса 12 мужчин – осетин по национальности, жителей соседних осетинских сёл, которые после пыток были похоронены заживо, и т.д.

[15] Указ Президента Республики Южная Осетия от июля 1997 г. «О первоочередных мерах по содействию процессу возвращения беженцев и вынужденных переселенцев в Южную Осетию» (прилагается).

Постановление Правительства Республики Южная Осетия о принятии «Программы комплексного решения проблем беженцев и вынужденных переселенцев» (прилагается).

[16] Архив югоосетинской части СКК

[17] Симптоматично, что подавляющее большинство возвращенцев в Южную Осетию обосновались в местах

возвращения, в то время как вернувшиеся в Грузию осетинские семьи через короткий промежуток времени вынуждены были вернуться обратно в РФ. Опрос этих повторных перемещенцев выявил причину исхода, она проста и банальна – в Грузии не были созданы элементарные условия для их обустройства, их никто не ждал и они там никому не были нужны

[18] Соглашение между Российской Федерацией и Республикой Грузия с участием руководителей РСО-Алания и Республики Южная Осетия «О принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта» 24 июня 1992 года (Дагомысские соглашения);

Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Грузия об экономическим восстановлении районов в зоне грузино-осетинского конфликта, сентябрь 1993 года;

Меморандум о мерах по обеспечению безопасности и укреплению взаимного доверия между сторонами в грузино-осетинском конфликте;

Заявление об итогах встречи между Э. А. Шеварднадзе и Л. А. Чибировым (Президенты Грузии и РЮО) в г. Владикавказ 27 августа 1996 г., 14 ноября 1997 г. в пос. Джава (Южная Осетия) и 20 июня 1998 г. в г. Боржоми (Грузия);

Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Грузии (с участием Правительства РЮО) «О взаимодействии в восстановлении экономики в зоне грузино-осетинского конфликта и в возвращении беженцев» 23 декабря 2000 г.;

Заявление по итогам встречи Э. Д. Кокойты и З. В. Жвания 5 ноября 2004 года (Президент РЮО и премьер- министр Грузии)

Решение Смешанной Контрольной Комиссии от 13 февраля 1997 года (протокол № 7) «Порядок добровольного возвращения беженцев и вынужденно перемещённых лиц в результате грузино-осетинского конфликта в места их прежнего постоянного проживания», а также Положение о Комитете по содействию добровольному возвращению беженцев и вынужденно перемещённых лиц в места их прежнего постоянного проживания (прилагаются).

[19] В августе 2004 года была совершена первая попытка режима М. Саакашвили силовым методом решить «югоосетинский вопрос». Несколько спецподразделений Министерств обороны и внутренних дел Грузии напали на Южную Осетию, пытаясь захватить стратегические высоты вокруг г. Цхинвал с последующим выходом в Дзауский район и захватом жизненно важного для Республики Южная Осетия Рукского тоннеля. Попытка Грузии решить конфликт силовым путем была отражена, военная авантюра не удалась, однако желание решить проблему с применением военной силы у грузинских руководителей осталось.

После длительной и всесторонней подготовки, спустя всего 4 года после первой попытки, руководство Грузии вновь решилось на военную авантюру – в ночь с 7 на 8 августа 2008 года Грузия совершила полномасштабную военную агрессию против Республики Южная Осетия с использованием авиации и всех видов тяжёлой артиллерии. Спящий город Цхинвал и несколько осетинских сёл и посёлков подверглись бомбардировке, обстреливались системами залпового огня, миномётами и танками (с использованием в том числе запрещённых кассетных бомб и снарядов), что повлекло за собой массовую гибель мирного населения. Вторгшиеся в Южную Осетию грузинские танки и солдаты расстреливали на трассе Цхинвал – Владикавказ беженцев, спасающихся от войны. В боевых действиях активное участие принимали и жители грузинских сёл Южной Осетии. Из этих сёл велся обстрел города Цхинвал и осетинских населённых пунктов.

Российские армейские части, подошедшие к г. Цхинвал ближе к вечеру 9 августа 2008 года, остановили наступление грузинских военных формирований, а к 12 августа они были с боями вытеснены с территории Южной Осетии. Ленингорский район Республики Южная Осетия, большая часть которого в течение 18 лет находилась под оккупацией Грузии, был освобождён.

[20] Материалы Следственного Комитета при прокуратуре РФ и Генеральной прокуратуры РЮО, а также данные Уполномоченного по правам человека при Президенте РЮО.

[21] Понятие   «вынужденно   перемещённое   лицо»   включает   понятие   «вынужденный   переселенец»   для соответствующей стороны.

Прочитано 5055 раз Последнее изменение Воскресенье, 16 Ноябрь 2014 23:44
Мераб Чигоев

Генеральный прокурор Южной Осетии

Мультимедиа


Copyright 2012. Все права защищены, при копировании материалов с сайта ссылка на первоисточник обязательна.

Вход или Регистрация

Вход

Регистрация

Регистрация нового пользователя
или Отмена