A+ A A-

Доклад Сьюзен Аллен «Перскепективы грузино-осетинских отношений: Взгляд из США» и отрывок обсуждения

Автор 

 Сьюзен Аллен

Вводная часть

Впервые за историю нашего процесса “Точка Зрения” я постараюсь сделать некоторый содержательный вклад в наши обсуждения, в то время как ранее я в основном работала над самим процессом наших встреч. Я также попыталась сделать вклад из теории укрепления доверия  и практики ее применения в других контекстах. Я пыталась избежать формирования моей личной позиции в отношении грузино-осетинских отношений и тем как они должны выглядеть в будущем. И в данный момент я также хотела бы этого избежать. Я думаю, для успеха грузино-осетинского гражданского процесса “Точка Зрения” важно чтобы я концентрировала внимание на самом процессе и служила только в качестве ресурса для него.

Только вы сами, грузины и осетины, будете определять какими ваши настоящие и будущие отношения должны быть. Я только хочу предоставить пространство, в котором вы можете это сделать для того чтобы помочь вашим соотечественникам жить полноценной жизнью.

Тем не менее, при составлении программы для этой встречи, мы почувствовали важность освещения точек зрения России и США в наших дискуссиях. Поэтому я согласилась представить мое понимание двух точек зрения в США. В следующие десять минут, я представлю:

- Во-первых, мое понимание обсуждений в Вашингтоне на тему грузино-осетинских отношений.

- Во-вторых, мое понимание идей,  рассмотренных на декабрьской конференции Дартмут в России.

 

Мое понимание обсуждений в Вашингтоне на тему грузино-осетинских отношений:

6 Пунктов

1)  Думаю, не всем известно что в правительстве США есть люди, которые придерживаются прагматического подхода к решению практических проблем, не поднимая вопросов которые усложняющих переговоры. В этом случае, есть заинтересованность в решении проблем путем нахождения консенсуса грузинских и осетинских точек зрения. И, конечно же, все понимают, что грузинам и осетинам понадобится некоторое время, чтобы этого достичь.

2) Насколько я понимаю обсуждения в Вашингтоне, интерес США зачастую связан с созданием возможностей жить нормальной жизнью для местных жителей: свободно передвигаться, осуществлять торговлю и общаться с соседями, посещать могилы близких и другие гуманитарные вопросы. Эта обеспокоенность жизнедеятельностью местного населения напрямую связана с ограничением свободы передвижения. Если процесс демаркации будет продолжаться и в дальнейшем, он должен протекать таким образом, чтобы не ущемлялись права и свободы местного населения обеих сторон. И, я слышала, например, что в Вашингтоне вздохнули с облегчением когда услышали, что грузино-осетинский МПРИ способствует разрешению технических вопросов местного значения, и испытали разочарование, когда узнали что грузино-абхазский МПРИ не работает в последнее время.  Я часто слышала от людей работающих в регионе, что они мечтают найти «Зураба Лакербая» для грузино-осетинских отношений - то есть, человека, которому бы доверяли обе стороны и который мог бы служить связующим звеном в решении проблем.  Как вы думаете, есть на свете человек который смог бы играть эту роль?

3) Насколько я также понимаю, США действительно желали бы увидеть консенсус среди всех участников, работающих на благо местных жителей.  США воспринимает переговоры в Женеве как место, где участники могут решать довольно конкретные, практические вопросы. И это все чего можно на этом этапе ожидать.

4) Я также заметила глубокое разочарование в Вашингтоне, когда кто-либо (с грузинской, осетинской или иной стороны) пытался связать вопросы безопасности с вопросами гуманитарного характера. Акцент в основном делается на гуманитарные вопросы как приоритетные. Мнение, которое можно часто услышать в Вашингтоне заключается в том, что политические или военные разногласия не должны препятствовать сотрудничеству по гуманитарным вопросам.

5) У меня также был интересный разговор, в течение которого я узнала что есть надежды на облегчение свободы передвижения людей и товаров. Идея, которую я услышала, была следующей: если Россия установила свои военные и пограничные силы на территории Южной Осетии, то она могла бы открыть пропускной пункт, который бы был хорошо контролируемым. Также прозвучала идея о том, что это бы, в свою очередь, позитивно повлияло на торговлю в малых масштабах или увеличение транзита товаров. Это также позволило бы местным жителям посещать родственников и друзей. Данный механизм мог бы также создать возможности для визита Южной Осетии для международных организаций, таких как средства массовой информации, программы международного развития, образовательные программы и т.д. Такое движение через пропускной пункт могло бы идти в обоих направлениях, потому что ситуация на данный момент отличается от ситуации в сентябре 2008 г.

6) В государственном департаменте США также есть программа, которая концентрируется на гуманитарных нуждах вынужденных переселенцев. Эта программа поддерживает процессы укрепления доверия, которые помогают вынужденным переселенцам вернуться к нормальной жизни. Эта программа также оказывала поддержку в ходе наших обсуждений на тему ремонта Зонкарской плотины, так как многие местные жители были вынуждены переселиться в районы ниже плотины в результате войны. Некоторые жители переехали недалеко от своих прежних кварталов, когда дома в Цхинвале/Цхинвали были уничтожены в августе 2008 года. Некоторые люди оставили дома в Южной Осетии и переехали в Северную Осетию, другие - в Гори. Насколько я понимаю, Государственный Департамент США намеревается продолжать поддержку проектов через эту программу, которая может помочь широкому спектру вынужденных переселенцев. Я думаю, что работа по вопросам без вести пропавшим  могла бы войти в мандат этой конкретной программы.

Во-вторых, позвольте мне остановиться на некоторых идеях, которые были обсуждены в декабре на Дармутской встрече, в которой участвовали некоторые американские и российские эксперты по региону. Я хотела бы подчеркнуть, что я представляю эти идеи не потому что я думаю, что они хорошие, а только в целях вашего осведомления. Я искренне верю, что идеи, которые будут работать лучше в долгосрочной перспективе, это идеи которые выработают непосредственно сами Грузины и Осетины. Таким образом, с оговоркой, представляю вашему вниманию эти идеи ...

 

Предотвращение и урегулирование конфликтов на Южном Кавказе:  Рекомендации Рабочей группы Дартмундтской конференции

18 Декабря 2012

Екатеринбург, Россия

Россия и Соединенные Штаты разделяют глубокую заинтересованность в стабильности на Южном Кавказе.  В контексте начавшегося российско-грузинского диалога предлагается ряд долгосрочных мер, которые способны оказать помощь в улучшении гуманитарной ситуации и поддержке процесса урегулирования конфликтов.

Грузино - осетино - абхазские отношения

Стимулировать стороны конфликта чтобы облегчить гуманитарную ситуацию для людей, страдающих от последствий конфликта, без акцентирования проблемы статуса, пока не будут решены основные гуманитарные проблемы, в первую очередь:

-          Обеспечение свободы передвижения в регионе.

-          Поддержка институтов гражданского общества в регионе.

-          Обеспечение возможностей доступа к интернету в Южной Осетии.

-          Открытие торговых коммуникации через реку Ингури и между Цхинвалом/Цхинвали и Гори. 

-          Расширение возможностей доступа для жителей региона к водным (питьевым и ирригационным) ресурсам и газу.

Грузино - российские отношения

Стимулировать стороны чтобы улучшить возможности коммуникации между Грузией и Россией, в первую очередь:

-          Спортивные, культурные и научные связи.

-          Расширение торговли, открытие российского рынка для грузинских товаров.

-          Открытие дополнительных транспортных коридоров.

-          Облегчение Россией визового режима для граждан Грузии.

-          Открытие доступа в Абхазию и Южную Осетию со всех сторон.

 

Лира Козаева - Мы послушали взгляд американский, то есть, фактически, позиции госдепартамента, там шесть позиций…

 

Сьюзен Аллен Нан - Неофициальную, просто мое понимание того, что я слушала в Вашингтоне.

 

Лира Козаева - Да. Что было на этих встречах, и что ты оттуда вынесла. И поделилась с нами. Значит, в основном, это шесть позиций, первая – это идея о том, что грузины и осетины должны сами решать свои проблемы, и добиваться каких-то соглашений между собой, если я буду что-то не так говорить, вы меня поправляйте. Второе – это обеспокоенность по поводу ограничения передвижения между Грузией и Южной Осетией, то, что люди не могут передвигаться и посещать друг друга и что, например, для меня, об этом не говорилось, но самое страшное, это то, что родственники не могут посещать могилы своих родных и близких и своих детей. Я думаю, что страшнее этого вообще быть ничего не может. И как она сказала, если уже там есть военные базы, и как бы, есть определенная установка, и определенная ситуация, почему бы не открыть пограничные посты, чтобы люди могла передвигаться. Далее, было отмечено позитивное отношение к грузино-осетинским встречам, и стимулированию вот таких встреч. Позитивное отношение, значит, к любым соглашениям, и к любым идеям, и к поискам любых точек соприкосновения на этих встречах. Особое внимание, все-таки, уделяется тому, чтобы на этих встречах мы посвящали больше времени решению гуманитарных проблем, это начиная, опять-таки, с передвижения, воды, газа и тд. Ну вот открытие пропускных пунктов, это несколько раз ты сказала, ну, самое главное, чтобы люди могли передвигаться. Я несколько раз ставила вопрос, и говорила о том, что если мы знаем в Южной Осетии, что все граждане Южной Осетии, у которых есть какие-то проблемы в Грузии, совершенно спокойно ездят через Ларс, почему бы, на самом деле, не открыть вот эти пропускные пункты, пусть это в Эргнети, пусть в Ленингоре, чтобы нормально, не вот так в обход, чтобы люди могли ездить друг к другу. Очень смущает положение, что политизировано, например, оказание медицинской помощи, когда мы знаем, что Красный Крест, который имеет возможность в кратчайший срок госпитализировать тяжело больного человека в Тбилиси, только потому, что не получает соответствующего разрешения не вывозит, и иногда это заканчивается летальным исходом. Далее, гуманитарная помощь вынужденно перемещенным лицам, я думаю, что это очень сложно, я например, знаю, что в госдепартаменте выделяются в Соединенных Штатах, большая сумма для оказания помощи вынужденно перемещенным лицам, но типа, насколько я поняла, эти деньги, в этих проектах можем работать мы в Южной Осетии, чтобы оказывать помощь тем, которые покинули Южную Осетию. Дело в том, что, чтобы им оказать помощь, они должны вернуться в Южную Осетию, это получается… ну на территории Грузии мы как можем им оказать помощь?

 

Сьюзен Аллен Нан - Те, которые в Северной Осетии живут тоже, некоторые. Необязательно, чтобы вернулись все. Есть разные возможности им помогать. Извините, я перебила.

 

Лира Козаева - Ничего, ну значит, я не так поняла. Эти программы надо на самом деле изучить, как мы можем оказать помощь вынужденно перемещенным лицам в Северную Осетию. Но я насколько понимаю, здесь касается разговор и лиц грузинской национальности, которые покинули Южную Осетию и ушли в Грузию.

 

Сьюзен Аллен Нан - Я это не сказала.

 

Лира Козаева - Ты это не сказала, я это так поняла. Значит, только осетинам, которые ушли, покинули Южную Осетию. Так?

 

Сьюзен Аллен Нан - Любой человек. Все.


Лира Козаева - Ну в смысле те, которые ушли на Север, не на Юг. Я это хочу уточнить.

 

Сьюзен Аллен Нан/Серги Капанадзе - Все. И в том и в другом направлении. Кому куда приходится иметь отношение.

 

Лира Козаева - Понятно. Я просто не знаю как… ну хорошо, это потом в рабочем порядке можно обговорить. Так, потом Сьюзен внимание уделила декабрьской встрече Дармутской, идеям, которые были на этой встрече разработаны, о которых я мало чего могу сказать. И также она сказала о стимулировании сторон конфликта, о решении гуманитарных вопросов, таких как вода и газ. И все остальное, все гуманитарные вопросы, практически. То есть, я так понимаю, что очень большие надежды возлагаются на подобные встречи, на такие встречи, как вот наш формат, и на роль гражданского общества в решение вот этих гуманитарных вопросов. И на самом деле было бы здорово, если бы вот такие встречи, их бы было больше, таких форматов, потому что насколько я знаю, есть вот наш формат, встречи представителей гражданского общества, и есть еще формат, как он называется, гражданский форум, тимуровский, сейчас его переименовали, площадка мира или что-то такое. То есть, анализируя вообще всю ситуацию, все что происходит, и все эти проблемы, которые есть, которые еще будут, я думаю, что есть только один выход – это огромная активация гражданского общества. Что касается Грузии, там, слава Богу, гражданское общество развито, третий сектор развит, я думаю, что на Южном Кавказе вот такого развитого гражданского общества, как в Грузии, нет нигде, ни в одной республике. И очень нужно работать у нас с гражданским обществом, потому что… Ок. Значит Коста, Руслан и Нино. Потом обед. А после обеда вопросы.

 

Коста Дзугаев - Мне вспомнилась в этом смысле, ну, грузинские коллеги наверное понимают, и с юмором отнесутся, вспомнилось, как я вот в прошлом году осенью был а региональной конференции в Северной Осетии, я был официально приглашен, ну и посмотрел на их программу, и счел необходимым перед докладом обратить их внимание на то, что господа, говорю, мое присутствие здесь уже автоматически переводит вашу конференцию в разряд международной. Они там посмеялись, похлопали, конечно, и дальше не знаю, исправили или нет. Это к тому, что у нас сегодня присутствует здесь Александр Скаков. И обращаю ваше внимание на то, что это довольно серьезное явление в том формате, на Точке Зрения, который мы за прошедшее время наработали. Я хотел бы за это и поблагодарить госпожу Сьюзен, за то, что она сочла возможным, и может быть даже необходимым, такое присутствие здесь, чтобы мы имели возможность услышать вот в данном случае на сегодняшней встрече, точку зрения Москвы, как это было сейчас озвучено. И в этом плане хочу подумать, давайте вместе подумаем, может быть на какой-либо из следующих встреч также интересно было бы послушать, например, точку зрения и Северной Осетии. Потому что во время прошлого процесса, который вел господин Фишер, гарвардский профессор, там это практиковалось. Я даже могу с ходу назвать двух-трех людей из Северной Осетии, которые могли бы очень компетентно и полезно для нас это изложили.. Значит, что касается доклада Скакова, он был очень интересен, я даже иногда просыпался, я тебя потом в кулуарах расцелую, за твое это такое убеждение, что ничего там такого не происходит, чего мы боимся, не перед телекамерой, чтобы никто не усомнился не только в моих политических, но и в любых других ориентациях. Но вместе с тем, понимаете, друзья мои, мы с вами, будучи уже, в хорошем смысле, прожженными экспертами, понимаем, что мы обязаны, не просто можем, а обязаны анализировать все варианты, включая самые радикальные, самые экстремальные. И в этом смысле, Александр, только в этом смысле, не более того, вот югоосетинская сторона как раз таки рассматривает вот эти сигнальчики, которые происходят. И почему я упоминал о статье Шмулевича, как об индикаторного порядка, потому что, как ни крути, но все-таки лексика Путина все-таки поддается такой интерпретации. Это не более, чем на наш взгляд, югоосетинский, потому что, я же говорю, я тебя расцелую потом в кулуарах. Что касается, госпожа Сьюзан, я хочу обратить ваше внимание вот на что. Конечно, друзья мои, мы понимаем, что ситуация не в таком глухом, беспросветном мраке находится, как в танке. Вот например, подвижки какие вот. С апреля, то есть, с момента инаугурации нового президента Тибилова, до конца года, до декабря, Грузию, Тбилиси, посетило более 50 человек, 54 или 55, человек, нуждающихся в медицинской помощи. Они проехали вот через посты сегодня реально существующие между сторонами. Это немало. Это 6-7 человек в месяц. 7-8, точнее говоря. Вот по моему ощущению, это достаточно серьезный показатель, это было невозможно до апреля. Никоим образом. Там у нас были даже ужасные случаи, когда из-за проволочек с решениями ситуаций жизненно важных, были моменты, когда умирали люди. Не успевали решить это, чисто бюрократически, я еще раз повторяю. Это раз. Во-вторых, вот здесь правильно говорилось, что да, не афишируя этого, но несколько десятков человек вполне успешно ездит через Ларс, может и сотни, у меня таких вот цифр, конечно нет, но это тоже показатель, госпожа Сьюзен, что ситуация, конечно, сдвигается с мертвой точки, в этом смысле. И вы правильно говорите, что наша работа в этом плане, она имеет достаточно серьезное значение, потому что от нас исходит импульс влияния, и в югоосетинском обществе, и тем более, в грузинском, где общественный сектор гораздо более развит. И упомяну еще и Абхазию. Там тоже общественный сектор гораздо более развит, чем в Южной Осетии, по крайней мере, по той информации, которая у меня есть. И я даже им часто завидую, потому что у них режим взаимодействия между властью и НПО-движением – предмет моей лично зависти в этом плане. Если бы нам удалось продвинуться вот настолько, то у нас гораздо лучше была бы ситуация в Южной Осетии.

 

Роберт Гаглоев - Уважаемая Сьюзен, вы сказали насчет вариантов, которые связаны с США, так? Я так понял. Но вы высказали свое мнение тоже. Так?

 

Сьюзен Аллен Нан - Нет. Я просто рассказывала вам то, что я слышала.

 

Роберт Гаглоев - Хорошо, тогда у меня такой вопрос. Каково ваше собственное мнение по вопросу отношения Великобритании, Соединенные Штаты да, но вот Великобритания тоже союзник США, как я знаю, вот их отношение, я не говорю насчет президента или там кого-то, а вот руководящих кругов Великобритании к решению тех вопросов, о которых речь здесь шла. Есть какое-то взаимопонимание между госдепартаментом и руководством Великобритании, я не говорю о королеве.

 

Сьюзен Аллен Нан - Я не в курсе, какие разговоры между госдепом США и Великобританией, я не в курсе этого, я не могу сказать. Может Шарлот больше знает, какие совпадения и различия есть подходов, я не в курсе этого.

 

Роберт Гаглоев - Я знаете почему такой вопрос задал, вот у вас есть ссылка на Великобританию, когда вы благодарите ее за оказанную помощь, может быть, какое то отношение это имеет к тому, Великобритания тоже задействована в каких-то вопросах решения.

 

Сьюзен Аллен Нан - Раньше у нас были деньги из США, раньше из ООН, так что разные доноры были для этого формата, а в этот раз, и в ноябре, нас поддержали из Великобритании. Поэтому.


Прочитано 7894 раз Последнее изменение Воскресенье, 16 Ноябрь 2014 23:38
Сьюзен Аллен

Кандидат наук, Доцент в Школе анализа и разрешения конфликтов Университета Джорджа Мейсона

Директор Центра Практики Миротворчества 

Мультимедиа


Copyright 2012. Все права защищены, при копировании материалов с сайта ссылка на первоисточник обязательна.

Вход или Регистрация

Вход

Регистрация

Регистрация нового пользователя
или Отмена