A+ A A-

Доклад Александра Скакова «Грузия и Южная Осетия: взгляд из Москвы» и отрывок дискуссии

Автор 

Александр Скаков

Спасибо большое. Я начну с того, что моя роль довольно сложная, так как обычно когда выступаешь с таким докладом делится на точку зрения официального Кремля и точка зрения моя личная. Это сделать сложно, потому что у Кремля много башен как все знают и у этих башен разные точки зрения. По этому единой точки зрения, единой политики Москвы в этом вопросе, так как и во многих других вопросах, сейчас нету. По этому опять же может быть путаница, я заранее извиняюсь что разные башни и можно перепутать. Я сам могу их перепутать.  И вторая вот такая вот ремарка, что я максимально постараюсь избегать оценок «хорошо» или «плохо», т.е просто буду говорить о том как мне кажется так, или кажется иначе.  Совершенно понятно, что одним из главных препятствий для мирного процесса во всем Кавказе, это неурегулированность, а точнее отсутствие отношений между Россией и Грузией..

В настоящее время, после смены (пусть и пока неполной) власти в Грузии, в этом вопросе наметились некоторые, пока что достаточно слабые, подвижки. И вот вопрос на сколько это подвижки, изменения серозные, что можно ожидать и как они скажутся на ситуацию вокруг Южной Осетии в данном случае, и отношениях между Грузией и Южной Осетией и Южной Осетии и России.

Сразу скажу, что почвы для завышенных ожиданий в вопросе нормализации грузино-осетинских отношений не просматривается. Ситуация упирается в настоящее время не только и не столько в вопрос ориентации Грузии на НАТО или на Евросоюз сколько в вопрос о слове на букву «с» (не будем это слово называть) и о том что Россия признала независимости Абхазии и Южной Осетии. Любые «утечки» информации, и я тут уже заранее полемизирую с Коста, утечки информации о сигналах, о возможности якобы Москвы о возможной изменении позиции по отношению Абхазии и Южной Осетии, это не более чем провокационные.  Их можно так вот назвать – провокационные такие сбросы. Я думаю, что Шмулевич услышал то что хотел услышать из слов Путина. Я там совершенно ничего этого не услышал в его словах (Путинских). А что касается равнения этих слов и позиции нашего руководства по Курилам, то в позиции по Курилам тоже можно найти массу всяких нюансов. Разные слова и разные можно прочесть и смыслы найти, и Японцы находят очень успешно разный смысл и так далее. Ну удачи им. Думаю, что это все не более чем игра словами и все.

Конечно совершенно понятно, что Россия не откажется от признания Абхазии и Южной Осетии. Я думаю что, и понимаю что для наших коллег из Грузии это тема больная, но мне кажется, и не только мне что в данном случае ситуация решается не столько и не только в общественном мнении самой Грузии и в ее руководстве, сколько в отношении к этому вопросу со стороны мировых центров силы. Я имею введу Брюссель в целом, и имею введу Вашингтон. Т.е. в Брюсселе и Вашингтоне настойчиво, безосновательно и, на самом деле по большому счету безответственно, уверяют Грузию, (я сам это несколько раз слышал со стороны наших партнеров с Запада)  в том, что признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии это временно, оно может быть аннулировано в рамках торга – обмена чего-то на чего-то или же в том случае, если проблемы, имеющиеся у России на Северном Кавказе, станут более серьезными. Я вполне допускаю возможность того, что проблемы России на Северном Кавказе станут более серозными, но мне кажется что в данном случае это будет очень плохо и это будет очень серозным вызовом для самой Грузии и думать о, возвращении утраченных территорий будет Грузии в этом случае уже довольно сложно (будут более серозные вызовы).

Учитывая то, что достижение взаимоприемлемого разрешения данных конфликтов я в обозримом будущем не вижу  я думаю, что совершенно целесообразно максимально дистанцироваться от этих вопросов. Не думаю, что правы некоторые эксперты, в данном случае уважаемый Том Де Вал,  который еще давно, правда еще до выборов в Грузии, писал в одной из своих работ, что после ухода М. Саакашвили «Москва и Тбилиси начнут договариваться по Южной Осетии», это его слова дословно.  Или что «после 2013 г. у Москвы возникнут стимулы, чтобы проявить большую гибкость», ну связи с олимпиадой например. Я думаю, что это опять же иллюзии Поэтому те реальные шаги, которые могут сделать навстречу друг другу Россия и Грузия, (имеется введу руководство этих стран) носят пока что исключительно гуманитарный характер.

Россия должна максимально облегчить визовый режим для граждан Грузии (в настоящее время получение ими российской визы, как правило, проблематично), руководство Грузии в свою очередь должно конечно скорректировать закон, об этом уже говорилось, так называемый «Закон об оккупированных территориях». Вы можете его оставить, это конечно ваше внутреннее дело, но закон этот мягко говоря вызывает огромную критику. По этому закону уголовному наказанию подлежит любой гражданин России или другой страны, въехавший в Абхазию или Южную Осетию с российской территории, а иначе въехать например в Южную Осетию просто нельзя. Надо понимать, что в России уже большинство мобильного, активного населения России уже было за последние годы например в Абхазии, хотя у них нету штампов соответствующих. Российские эксперты занимающиеся Кавказом все были уже и в Абхазии а часть и в Южной Осетии, т.е. вы сами свой закон нарушаете так как кого-то пускаете произвольно, а кого-то не пускаете. Или же были случаи когда бизнесменов арестовывали и так далее. Я думаю, что конечно это надо менять.

Совершено очевидно, что Россия должна допустить на свой рынок грузинские товары и отказаться от связанных с этим мер давления на своих партнеров. Это полностью соответствует нормам, взятым РФ на себя в рамках вступления в ВТО. И вообще чтобы идти на такие действия, т.е. не пускать на свой рынок товары членов ВТО, надо иметь крайне серозные основания. Я таких серозных оснований не вижу и я думаю, что никогда и не увижу, потому что рынок российский огромный и товары из Грузии они не являются ни какой угрозой ни этому рынку, ни безопасности России, ни чему либо другому. Пусть будет Боржоми, пусть будет вино Грузинское, прекрасно. Сейчас в Москве я нашел место где продается Грузинское вино и бутылка вина грузинского стоит 3000 рублей. 3000 рублей это 100 долларов. Вот такие вот цены сейчас с Москве на вино грузинское.   Конечно в дальнейшем основной упор должен делаться на восстановление контактов между жителями России и Грузии и обществами обеих стран. Это совершенно политика ни чем не угрожающая ни национальным интересам ни безопасности России, совершенно понятно. Опять же она не угрожает и безопасности Абхазии и Южной Осетии никак. И совершенно здесь не нужно ставить вопрос восстановлении дипломатических отношений прямо непременно и сразу Это восстановление не может являться самоцелью. Самоцель другое – это нормальные контакты между людьми, между обществами. 

Если оценивать ситуацию, которая есть сейчас, более или менее адекватно, без эмоций, очевидно, что все шаги, на которые пошла Грузия сейчас, они носят скорее декларативный характер, и при желании большая часть из них может быть отыграна назад легко. Это в общем то нормально совершенно, это политика. Тем не менее, все они производят серьезный пропагандистский эффект. А Россия демонстрирует, очень часто по инерции все еще неконструктивный подход в этом вопросе. И в Тбилиси справедливо отмечают, что тенденция отгораживания Абхазии и Южной Осетии «железным занавесом», которая раньше шла именно от Саакашвили, она сейчас идет от Москвы получается. Роли поменялись.

При всех контактах между Грузией и Россией нужно использовать  максимально все площадки и все возможности доведения своего мнения до всех заинтересованных сторон включая и международные организации и другие страны. Есть такая угроза которую понимают в некоторых башнях Кремля о том что если Россия и дальше будет не замечать шагов со стороны Грузии в сторону России на Западе изменится отношение не только к отношении между России и Грузии но и к вопросу о вступлении Грузии в НАТО, что для России было бы очень опасно.  Эта идея в таком случае будет актуализирована, и мне кажется что именно на такой ход событий сейчас рассчитывает грузинское руководство. То есть прием Грузии в НАТО будет обставлен рядом условий, будет сказано, что статья  5 Устава НАТО неприменима до восстановления целостности Грузии включая Абхазию и Южную Осетию. Ну и последствия этого могут быть совершенно разные. Сейчас главным сдерживающем фактором является позиция Германии, которая против такого развития событий. Но кто-то может быть уверен, что отсутствие  конструктивности позиции Москвы, а так же общее имеющее место сейчас «похолодание» в отношениях между Россией и Германий оно скажется на этом и Германия изменит свою позицию.             

Тем не менее, то что пока что играет на пользу нашего российского руководства это то что такой целостной политики, внешней политики у руководства Грузии пока не видим.  Есть какие-то «наброски», «прикидки», планы, идеи но это еще не целостная программа политики. Понятно, что Тбилиси, следуя обозначенной выше вполне обоснованной логике, будет пытаться максимально «развести» вопросы отношения между Россией и Грузией, которые не сводятся в тезис об оккупации и вопросы о взаимоотношений Грузии с Абхазией и Грузии с Южной Осетией. Если это удастся сделать и если это ещё не поздно сделать – это будет серьезный шаг вперед в целом для стабильности во всем регионе, и для возвращения в политику здравого смысла. И было бы логично если в этом случае Тбилиси сделала бы ставку на то, что рано или поздно и Сухум и Цхинвал начнут тяготиться своей чрезмерной зависимостью от Москвы. Если при этом Тбилиси будет делать все для «открытия» бывших автономий внешнему миру – у этой политики может быть будущее. Москве, конечно, было бы гораздо удобнее работать с режимом Саакашвили, учитывая то как к нему относятся во всем мире, чем работать с новым руководством Грузии, которое совершенно не виновато в том что делалось при Саакашвили.  По сути, это смена руководства в Грузии серьезный вызов для всей политике Кремля в регионе. И очень важно, сумеет ли Кремль адекватно на этот вызов ответить.

Но, все же, уповать на то, что четкой программы действия в внешней политики у нового руководства Грузии пока что нету для Москвы было бы крайне неосторожно и недальновидно. Более рационально было бы использовать данную ситуацию для укрепления как своего положения на Кавказе в целом, так и для обеспечения мира во всем Кавказском регионе. Как ни странно, реализация этих прагматических целей приведет в данном случае к реализации и той цели, которую, к сожалению, достаточно редко ставят перед собой архитекторы российской внешней политики. Я имею в виду задачу обеспечения элементарных прав граждан как России, так и Абхазии, Южной Осетии, Грузии. Это права на свободное перемещение, на получение качественной медицинской помощи, на обеспечение водой, газом, электроэнергией, на осуществление торговых операций. Обычные права человека, на самом деле. Реализация этих прав, при выполнении ряда всем понятных условий, не несет в себе угрозы интересам безопасности ни России, ни Абхазии и Южной Осетии. К примеру, может быть разрешено свободное перемещение людей из Южной Осетии в Грузию и наоборот, но это перемещение должно осуществляться строго определенным пропускным пунктам (например в Цхинвали и Ахалгори-Ленингори) и фиксироваться. В любом случае, если будет декларирован приоритет прав человека, прав граждан и если будет объявлено о стремлении в максимальной степени эти права человека, права граждан обеспечивать, то это совершенно беспроигрышный ход в сфере политики, и только укрепит позиции России на Кавказе. Кроме того, конечно, опять же Россия может использовать провозглашенное новым руководством Грузии стремление развести максимально вопрос об отношении России и Грузии и вопросы будущего Абхазии и Южной Осетии. Необходимо понимать, что отношения между Россией и Грузией в любом случае не ограничиваются вопросами Южной Осетии и Абхазии. Во-первых мы страны соседние; во-вторых через Грузию лежат коммуникации, связывающие Россию с Арменией и Турцией, и наконец нужно помнить что в России проживает довольно значительное количество грузинской диаспоры. По данным переписи 2002 г., грузин, включая мегрелов, сванов и лазов, проживало 197934 чел., по данным переписи два года назад проживало 157803 человек. Не знаю с чем связанно такое уменьшение населения, наверное можно объяснить тоже, но тем неимение это довольно значимое количество населения. Учитывая все это, необходимо признать, что восстановление коммуникаций и сообщения между Россией и Грузией находиться полностью в интересах и руководства и народов двух стран.

Впрочем здесь есть ряд «подводных камней». Недавно все мы были свидетелями более чем нервной реакции, с которой официальный Баку встретил пусть даже носящие характер предварительного зондажа высказывания грузинских официальных лиц о возможности восстановления транспортного сообщения через Абхазию. Со стороны Абхазии было в большей части молчание, со стороны Азербайджана была очень нервная реакция. Россия тоже молчала, надо признать. Несомненно, что в том случае, если пойдет речь о восстановлении полноценного функционирования Транскама (хотя в данном случае мы имеем только автомобильную дорогу, даже она неизбежно будет воспринята в Баку как лишняя «форточка» для Армении во внешний мир), и тоже будет торпедирована усилиями Азербайджана. Вторая проблема состоит в том, что обе незадействованные транспортные коммуникации между Россией и Грузией проходят через территории Абхазии и Южной Осетии. Таким образом, в этом вопросе «развести» вопрос отношений между Россией и Грузией, и вопросы вот этих полу-признанных стран (признанных нами) оказывается невозможным. Кроме того, отношения между Россией и Грузией становятся своего рода «заложниками» ситуации в Абхазии и Южной Осетии. Нельзя исключать, что в какой-либо момент руководство, к примеру, Абхазии, захочет для давления на Москву или Тбилиси перекрыть участок дороги проходящий через Абхазию. Я вполне допускаю такой ход событий. Какой же возможен выход из этой ситуации?          

Я думаю, что кроме потенциально возможных переговоров о восстановлении сообщения через Абхазию, можно и нужно поднимать вопросы о модернизации дороги которая есть сейчас Владикавказ-Тбилиси через Ларс., о восстановлении так называемой Военно-Осетинской дороги через Мамисонский перевал (дорога проходит фактически за пределами территории  Южной Осетии), о возвращении к проекту Кавказской перевальной железной дороги, закрытой в свое время усильями зеленных, во время распада СССР, между Владикавказом и Тбилиси. Конечно, параллельно с этим и независимо от этого можно говорить и заниматься модернизацией Транскама или постройки дороги между Сухумом и Черкесском. Все это возможные вопросы, но они не связаны, т.е. если следовать этим путем, то удастся «развести» вопросы Абхазии и Южной Осетии и вопрос отношений между Россией и Грузией и коммуникаций между Россией и Грузией. Но опять же надо понимать, что все проекты вызовут серозное сопротивление со стороны Баку.

Как было отмечено выше, признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии является константой. Но здесь тоже есть некоторые подводные камни. Есть серьезная проблема, которая в будущем может быть актуализирована. Это вопрос о том, как в Москве видят будущее Южной Осетии. В результате бессмысленных и неуклюжих игр, связанных с недавними президентскими выборами в Южной Осетии, остается такое впечатление, что в Москве решили прочно «забыть» о независимом статусе Южной Осетии. Отметим кстати, каким серозным контрастом выглядят действия Москвы в Южной Осетии и действия США в Грузии перед недавними выборами в Грузии. Собственно говоря, цели обеих сторон были одинаковыми, но вот методы кардинально отличались не в пользу Москвы. Я думаю, что неуклюжие «кукловоды» наши Московские, они пытались сделать из Южной Осетии «простой советский колхоз», и в чем-то это получилось, а в колхозе не может быть президента, им руководит формально избранный, а в реальности назначенный «председатель». Но подобные игры в Южной Осетии, учитывая ее положение и нерешенные вопросы с Грузией могут слишком плохо закончиться как для Южной Осетии, так и для России. К примеру, может вырасти число желающих покинуть Южную Осетию, в случае если её нынешнему руководству не удастся добиться стабильности и уверенности в Южноосетинском обществе. После успешно проведенной «спецоперации» и «зачистки» Южная Осетия превратится в одну большую военную базу, но на этой военной базе будет некому работать.  

Вопрос в том, видит ли Москва будущее Южной Осетии как независимого государства, или же считает целесообразным включение её, в тот или иной момент, на тех или иных правах в состав Российской Федерации. Вопрос опять зависит в том, как включении как части единой Осетии, т.е. вместе с Северной Осетии, или включении на правах субъекта федерации. И опять же я не оцениваю «плохо» или «хорошо», я говорю о том что может рассматриваться на верху власти. Здесь дело конечно не только и не столько в «имперских планах» Кремля, сколько в том, что, как хорошо известно, большинство граждан Южной Осетии стабильно выступает за вхождение республики в состав Российской Федерации. Это константа опять же. Без сомнения, сейчас, в обозримом будущем, Кремль не пойдет на включение Южной Осетии в состав России, опасаясь просто негативной реакции со стороны всего мира. Все же, учитывая прецедент Косово, надо понимать, что одно дело – признание независимости части той или иной страны члена ООН, а другое – аннексия части территории государства – члена ООН. Это совершенно разные вещи. Такой исход событий возможен лишь в двух случаях: если Молдова будет поглощена Румынией, что создаст новый прецедент определения  границ на всей Европе, или же в случае полномасштабной войны в регионе Южного Кавказа, вызванной, предположим, ударом Азербайджана по Нагорному Карабаху. Тогда ситуация может развиваться по совершенно неожиданному сценарию. То есть в принципе мы не можем исключать, что в Кремле просчитывается и вариант включения Южной Осетии в состав Российской Федерации на тех или иных правах. Здесь опять отмечу лишь то, что, как бы ни сложились события в дальнейшем, что наихудшим сценарием для Южной Осетии да и не только для Южной Осетии, было включение ее в состав Российской Федерации на правах «Цхинвальского района» Северной Осетии, что означало бы превращение РЮО в «черную дыру» и не имеющую будущего «военную базу».  

На сегодняшний день в Москве, и это касается как экспертов российских так и властных кругов, есть два основных подхода как к Южной Осетии, так и к российско-грузинским отношениям. Первый из них это подход можно назвать «подход ястребов российских». Это отнюдь не одни силовики (силовики у нас тоже разные, тоже разные башни у них есть) . По первому подходу у России нет и не может быть никаких оснований для каких-либо переговоров с Грузией до тех пор, пока Тбилиси не признает независимость Абхазии и Южной Осетии и не откажется от своей ориентации на Евросоюз и в особенности на НАТО. Абхазия и Южная Осетия, в рамках этого подхода, лишены какого-либо права на проявления самостоятельности и имеют будущее только в качестве своего рода «бастионов» России, то есть военных баз. Для бесперебойного функционирования военных баз необходимо максимально отгородить эти республики от внешнего мира и, в первую очередь, от Грузии своего рода «железным занавесом».

Этому подходу полностью отвечает и позиция высказанная недавно руководством Южной Осетии. Сразу говорю, что позиция руководства Абхазии мне кажется более мобильной и более конструктивной. Руководство Южной Осетии обуславливает любые контакты с Грузией заведомо невыполнимыми условиями. Об этом сегодня уже говорилось, т.е. руководство Грузии должно подписать «юридически обязывающий» документ о неприменении силы, (я не знаю, что такое «юридический обязывающий» документ о неприменение силы, это как вообще…типа пакт Молотова-Риббентропа. Он тоже был юридически обязывающий, но чем кончился мы все знаем. Или там договор между Германией и Польшей, который закончился захватом Польши фашисткой Германией. Этот тоже был юридический обязывающим наверное. То есть это вызывает некоторое непонимание у меня). Дальше, Грузия должна   возместить материальный ущерб от вооруженного конфликта 1989-1992 гг., признать независимость Южной Осетии и признать геноцид осетинского народа. Само по себе использование термина геноцид,  вопроса признания или непризнания геноцида в качестве условия переговоров кажется мне мягко говоря непродуктивным. Вспоминается недавно признанный Грузией геноцид Черкезов в советской империи. Все это очень печальная практика. А думаю, что вопрос о геноциде того или иного народа не должен превращаться в средство давление и в средство решения политических вопросов. Это совершенно разные вещи, и их надо разводить.. Таким образом, руководство Южной Осетии отказывается от каких-либо контактов с грузинской стороной, хотя такие контакты могли бы в том или ином вопросе позитивно сказаться на многих аспектах повседневной жизни населения Южной Осетии.

Мне кажется, что совершенно непродуктивна наметившаяся сейчас тенденция отказа Южной Осетией в первую очередь, от Женевского формат переговоров, остающегося, при всей его ущербности, практически единственным реальным каналом связи между сторонами. Но очевидно при этом, что сохраняя формат Женевского процесса, стороны могли бы думать о создании новых переговорных форматов, которые, возможно, в будущем стали бы более перспективными.  И опять же не надо отказываться от того что есть  пытаясь создать того чего еще нету.

Основные параметры другого подхода, предполагающего постепенное продвижение по пути нормализации российско-грузинских отношений (но не ценой Абхазии и Южной Осетии!) и уважение признанной Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, были мною изложены выше. Отмечу лишь ещё и то, что неизбежная в случае «открытия» Абхазии и Южной Осетии для внешнего мира, т.е. конкуренция между, условно говоря, «российской моделью», европейской моделью и образом Грузии является, на мой взгляд, позитивным фактором, а не негативным. И этот фактор не даст закостенеть и превратиться в что-то такое страшное и неудобоваримое обществам как России, так и Абхазии и Южной Осетии. Застой нам никому не нужен.  Впрочем, для «открытия» Абхазии и Южной Осетии внешнему миру и создания ситуации конкуренции разных «проектов» много должны сделать не только Россия и Грузия, но и Запад в целом, как Брюссель, так и Вашингтон. В качестве примера приведу безобразную ситуацию с практически невозможностью для обычного абхаза или южного осетина получения шенгенской визы. Я могу привести примеры, когда люди не получали визы, потому что они граждане Абхазии и Южной Осетии. Это на самом деле безобразие. Это тоже нарушение прав человека с стороны на этот раз Евросоюза. Поэтому любые упреки в адрес Москвы, не обращающей внимание на права человека, в частности, право на свободу передвижения, можно также смело адресовать Брюсселю и Вашингтону.          

Фрагментация поля региона, углубление существующих границ – линей разделяющих стороны, укрепление независимости процессов, идущих, в той же самой Южной Осетии от процессов идущих в Грузии и наоборот и, процессов идущих на Северном Кавказе от процессов в Абхазии – все это, с одной стороны, увеличивает управляемость данными процессами (что кажется выгодным для основных игроков), но с другой стороны облегчая задачу для правящей элиты с другой делает любой мини-регион, в данном случае Южную Осетию, или Абхазию, или любой другой субъект Российской Федерации на Северном Кавказе, или Грузию, или Армению, или Азербайджан, более уязвимым перед лицом глобальных процессов или перед ведущими мировыми игроками. То есть лучше всего выживать в едином Кавказском мире, где мы в кавказском социуме, чем выживать отдельным квартирам, тем более враждуя с друг другом и кидая соседу гранату под дверь и т.д. Создание в регионе Большого Кавказа новых «железных занавесов» или «Великих Китайских стен» может иметь только сиюминутный позитивный эффект для любого мирового центра силы и в дальнейшем будущем ни к чему позитивному принести не может.           

 

Лира Козаева

Большое спасибо. Я слушала на одном дыхании, и не только я, а все мы, и естественно я сейчас анализ не могу дать, потому что я начала писать и я поняла, что я что-то упускаю, и потом предпочла лучше слушать, чем писать. Ну, на самом деле вы правильно отметили, что вам была предоставлена очень сложная роль, вы прекрасно справились, потому что вы абсолютно беспристрастно рассмотрели позиции всех сторон, и ваше личное мнение выхода из этой создавшейся ситуации. Ну сейчас вот можно это подробно, вот это делать надо, мы так замечательно это слушали, я просто, вот если структурированно, вынесла одно такое четкое решение, и мнение, что все стороны должны пересмотреть свои позиции, искать какие-то выходы из создавшейся ситуации, потому что ситуация которая создается, она не есть благоприятна ни для одной из сторон. Абсолютно. И сейчас вот что касается, то что Москва, Кремль – это не один Кремль, а это несколько позиций, это уже тоже ясно, ну собственно, это и было ясно до сих пор тоже. Что касается грузино-российских отношений, то на самом деле мы это тоже понимали, что при Саакашвили было намного проще, и все было четко и ясно, как себя вести, что, как, как мир к нему относится, как он относится к миру, и т.д. И приход новой власти, он вносит какую-то сумятицу вот в эту уже создавшуюся ситуацию и положение. Я не буду повторять, что больших подвижек от политики новой власти России ожидать не стоит, Россия не ждет больших подвижек, что это все идет пока политическая игра, и они присматриваются к друг другу. Вообще то я так боюсь сейчас вот это делать, да. И что для меня очень важно, что вы отметили, что нарушаются права человека везде, исходя как следствие этого конфликта нарушаются права человека и в России, и в Грузии, и в Южной Осетии и в Абхазии. И вся политика и России и Грузии фактически должна быть направлена, и Вашингтона и Евросоюза, должна быть направлена именно на защиту прав человека в самом таком элементарном отношении, как право на свободу передвижения, потому что это действительно, в 21 веке не иметь права нормального передвижения и не иметь права ездить туда, куда хочешь, и ездить друг к другу в гости, и замыкаться каждый в своей квартире, строить эти границы – это, конечно, не делает чести ни одному народу. Я не буду дальше, у меня тут все написано, и мы все слушали, и да, как говорила Нино, два наводящих вопроса, Дина, и потом Роберт.

 

Дина Алборова

Я не знаю, это не уточняющий, наверное, вопрос, а маленький комментарий, потому что для меня очень важно было выслушать этот доклад… и Саша, ты ответил на мой главный вопрос: почему Дина Алборова не хочет, чтобы Южная Осетия вошла в состав РФ. Ты на этот вопрос ответил, и это важно. При всем при этом, я все-таки считаю, что Россия была, есть, и будет главным стратегическим партнером Южной Осетии. Это неоспоримо, конечно же. И второе, что для меня очень важно в этом докладе, это региональная направленность, то, о чем я писала в Женевском докладе тоже. Мы забыли, Южная Осетия в частности, что мы часть Южного Кавказа. И мне кажется, что в этом тоже есть определенная проблема. Надо развернуться, наверное, в сторону Южного Кавказа, мы уже, по-моему, ощущаем себя частью Северного Кавказа. Но уж так случилось географически, что мы часть Южного Кавказа. Это ни в коей мере не означает, что мы должны быть частью Грузии, ни в коей мере. Мы должны строить равноценные отношения со всеми субъектами вот этого региона. И для меня это очень важно, и я думаю, что вот есть вопрос, например, в рамках, скажем так, коллективной безопасности Южного Кавказа, но об этом можно размышлять, сейчас я об этом говорить не буду. Спасибо Саша.

 

Роберт Гаглоев

Да, у меня конкретный вопрос такого короткого содержания. Есть ли вот в российском руководстве, или в окружении российского руководства определенный круг лиц, которые отвечают за судьбу не только РФ, но и прилегающих территорий, так скажем, которые бы поддержали вашу идею или ваши соображения, или же которые могут разделять с вами то, о чем вы сказали. Вот я имею ввиду, поддержка определенного круга лиц, или это лично ваше мнение.

 

Александр Скаков

Очень много башен у Кремля, то ли 16 то ли 17 по этому у каждой башни есть поддержка. Но она не абсолютная, т.е. не абсолютная поддержка разумеется и как раз сейчас позиция вашего руководства говорит о том, что доминирует, все-таки, другая башня, которая ориентирована на закрытие Южной Осетии. Ну это мы можем назвать, что сейчас Южную Осетию отдали на откуп ФСБ. Все. Тут нету никакой тайны.

Прочитано 9042 раз Последнее изменение Воскресенье, 16 Ноябрь 2014 23:39
Александр Скаков

Старший научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института Востоковедения Российской Академии Наук 

Мультимедиа


Copyright 2012. Все права защищены, при копировании материалов с сайта ссылка на первоисточник обязательна.

Вход или Регистрация

Вход

Регистрация

Регистрация нового пользователя
или Отмена